Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


— Навигация —
GorSor
rus_turk

Указатель публикацийCollapse )

Путешествие по русским городам. Часть 3: Баронск, Саратов, Царицын
Врщ1
rus_turk
Е. И. Рагозин. Путешествие по русским городам // Русское обозрение, 1891, № 7.

Часть 1: Симбирск, Самара, Ставрополь, Бузулук, Оренбург, Бугуруслан
Часть 2: Сызрань, Хвалынск, Балаково, Николаевск, Вольск

Екатериненштадт (Баронск). Базарная площадь с лютеранской церковью. http://oldsaratov.ru


В полутора часах езды на пароходе от Вольска расположена на левом берегу Волги самая большая немецкая колония, названная в честь императрицы Екатерины Екатеринштадтом и прозываемая в народе Баронском — от барона, переселившегося сюда с первыми колонистами. ДальшеCollapse )

Всех колонистов в Самарской и Саратовской губерниях считается до 380 тысяч. Громадное большинство их не знает вовсе русского языка, и за весьма небольшими исключениями колонисты избегают сношений с русскими и живут совершенно обособленно. До последних неурожаев колонисты пользовались известным благосостоянием, но в настоящее время значительно обеднели, и многие находятся в неоплатных долгах. Я говорил со многими колонистами о положении колоний, и они все в один голос заявляли мне, что немцы в колониях очень упали и материально, и нравственно, и не знают, какое средство может вывести их из настоящего положения. Самое вредное для колоний, по мнению более дальновидных колонистов, это их отчужденность от русских и даже враждебность к ним. ...Collapse ) Но оторвется немец от своей общины, попадет среди русских, и тотчас переменяется — с него спадает вся немецкая узкость и он очень скоро сродняется с русскими привычками. Таких колонистов, переселившихся из колоний, я встречал много, и в них едва можно было узнать немецкого человека. Зашел я в Баронске в трактир и в ожидании заказанного обеда смотрел на играющих на биллиарде. Играющие при каждом ударе кием употребляли непечатные русские выражения, так что мне наконец сделалось совестно за соотечественников. Никогда и нигде не слыхал я такой ругани, а тут как нарочно забрались наши в колонию среди немцев и щеголяют скверными словами. Но каково же было мое удивление, когда играющие, бросив кии, заговорили по-немецки. Ни в манере говорить, ни в манере держать себя никак не возможно было признать их немцами, до такой степени теряют свою физиономию колонисты, имеющие частые сношения с русскими. ДальшеCollapse )


Путешествие по русским городам. Часть 2: Сызрань, Хвалынск, Балаково, Николаевск, Вольск
Врщ1
rus_turk
Е. И. Рагозин. Путешествие по русским городам // Русское обозрение, 1891, № 7.

Часть 1: Симбирск, Самара, Ставрополь, Бузулук, Оренбург, Бугуруслан
Часть 2: Сызрань, Хвалынск, Балаково, Николаевск, Вольск
Часть 3: Баронск, Саратов, Царицын

У хлебной пристани в селе Балакове. М. П. Дмитриев, 1894. (humus)


ЧитатьCollapse ) Самарская губерния расположена против Симбирской и Саратовской, и разделяет их только река Волга. И когда едешь сверху вниз, то города и села Самарской губернии перемежаются с городами и селами сначала Симбирской, а потом Саратовской губерний. При таком сравнении невольно поражает резкое различие между двумя берегами, как в культуре народа, так и в экономическом отношении. Правый гористый берег Волги гораздо выше культурой, чем левый, это видно по городам, видно и по народу, но зато берег этот не имеет никакой жизни, за исключением лишь городов, соединенных железными дорогами: Сызрани, Саратова и Царицына. Правый же плоский берег, принадлежащий Самарской губернии, которую симбирские и саратовские мужики называют ордой, кишит жизнью, и напротив тихих городов правого берега на левом создаются в несколько лет бойкие пристани, имеющие миллионные обороты. ...Collapse )

Это различие в характере и культуре обоих берегов происходит потому, что Волга задержала влияние степи на культурную Россию, она принимает богатства степи, но самую орду не пускает дальше и хранит от ее нашествия свой чудный правый берег. Что бы было с этими мирными приютами культуры Симбирском и Вольском, если б орда с верблюдами могла беспрепятственно приходить в них? Река Волга, бесспорно, имела большое значение для охранения культуры внутренних губерний России от степи с ее ордой, и значение это не утратилось еще и до сих пор. Стоит только сравнить два берега Волги по границе Самарской губернии, и поймешь, что между этими берегами существует различие в культуре по крайней мере на пятьдесят, если не на сто лет. Даже в Самаре вы чувствуете это различие. Те же русские люди, и живут они так же, а общий характер города отзывается азиатскою Америкой или американскою Азией, но не Европой. Не в осуждение говорю я это, а скорее во славу. Симбирск и Вольск унаследовали культуру, созданную их предками, и остановились, а Самара создает культурный центр на диком берегу и служит распространителем цивилизации в «орде». ДальшеCollapse )


Путешествие по русским городам. Часть 1: Симбирск, Самара, Ставрополь, Бузулук, Оренбург, Бугуруслан
Врщ1
rus_turk
Е. И. Рагозин. Путешествие по русским городам // Русское обозрение, 1891, № 7.

Часть 2: Сызрань, Хвалынск, Балаково, Николаевск, Вольск.
Часть 3: Баронск, Саратов, Царицын

Пожар в Оренбурге. Н. Дмитриев-Оренбургский (?)


ЧитатьCollapse ) Оренбург, этот некогда грозный форпост, выставленный Россией против азиатских народов, имеет теперь вид самого мирного города, даже без военной окраски. Азия подружилась с Европой, и представители той и другой заняты одним общим делом — торговлей. До Оренбурга вы не чувствуете нигде близости Азии, но здесь сразу попадаете в ее глубь, и вас окружают все представители ужасной Азии, потрясавшей некогда мир и теперь мирно торгующей коврами, хлопком, шелком и пр. Да, история Оренбурга, как цивилизатора диких, уже записана в летописи и почти забыта. Слава этого города померкла пред чудными деяниями там далеко на Востоке, где еще на днях дрались и умирали люди, и где теперь выкрикивает кондуктор: «Станция Мерв, поезд стоит двадцать минут!» — раздается свисток, и локомотив уносит путника еще дальше, где не смели люди ни ходить, ни ехать.

Сила великоросса в уменье покорять азиатские племена — просто непостижима, и указывает на великую роль русского народа при дальнейшем неминуемом его сближении с Азией. В Оренбурге, например, вы видите полное братство народов. В одной повозке едут киргизы или татары, везомые русским, в другой русских везет киргиз или татарин, говорят на всех нелитературных языках, все друг друга понимают, нигде не видно ни споров, ни недоразумений. Скачут на лошадях киргизы и башкиры, медленно переваливаются на верблюдах бухарцы и хивинцы; все это двигается, шумно разговаривает и живет свободно, не стесняясь, рядом с величайшим культурным народом, могущим сразу уничтожить все эти племена.

Когда увидишь среди азиатской толпы русского человека, то и в голову не придет, чтоб он играл тут какую-нибудь роль, и кажется, что азиаты господствуют в стране. В этом «кажется», может быть, и заключается секрет колонизаторского таланта русского народа. Дальше. +11 иллюстрацийCollapse )


В стране глины и песку (5/5)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский. В стране глины и песку. (Путевые очерки) // Мир Божий, 1894, № 9, 10.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4.

Н. Н. Каразин. Усть-Урт


ЧитатьCollapse ) Итак, стало быть, нас нельзя было упрекнуть в том, что мы чересчур занимались своей внешностью. Это еще виднее будет, если прибавить, что, согласно примеру Ахметки, я спал не раздеваясь, и все 14 дней до самого Каракамыша ни разу не умывал лица. Словом, мы жили совершенно по-киргизски. «Как можно спускаться до степени номада, хотя бы и в пустыне! — может заметить по этому поводу досужий моралист. — Не лучше ли было бы, — прибавит он, — своими европейскими привычками, по крайней мере хоть чистоплотностью, подавать пример киргизу? Виданное ли дело — не умываться в течение двух недель!» Все это, может быть, и так, но только посмотрел бы я на этого моралиста в то время, когда, прожив среди лета несколько дней под открытым небом в степи, он вздумал бы умыть свою выхоленную физиономию. Воображаю, какой поднимет он крик на всю пустыню, когда лицо его начнет гореть, как в огне, а кожа станет лупиться, как у ящерицы. А это всегда бывает, если в тех условиях, в каких находились мы с Ахметкой, обращать внимание на чистоту своей физиономии, да еще прибегать к помощи мыла. Вот зубами мы могли бы щегольнуть с успехом. Что всего удивительнее, так это то, что в степи и у меня они приобрели известную киргизскую особенность, именно сделались белы, как слоновая кость, хотя я не чистил их ни разу. Между тем в Петербурге, несмотря на ежедневную чистку, у меня были… ну, самые обыкновенные зубы, не белее тех, какие только могут быть у столичного жителя. Не знаю, известно ли дантистам это чудотворное влияние степной жизни на зубы, а если известно, то как они объясняют его? ЧитатьCollapse )


В стране глины и песку (4/5)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский. В стране глины и песку. (Путевые очерки) // Мир Божий, 1894, № 9, 10.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5.

Н. Н. Каразин. Кызыл-Кум. Путешествие в качалках


III. В стране глины

ЧитатьCollapse ) Итак, стало быть, чрез Темирское укрепление на Оренбург! Я и подробнее отметил бы предстоящий мне маршрут названиями промежуточных пунктов, да никаких других пунктов по дороге не существует. На подробных картах, впрочем, вся степь на север от Арала испещрена тюркскими названиями, но это или колодцы, по большей части иссякшие, или просто места — так называемые урочища, т. е. участки степи, в пределах которых кочуют определенные киргизские роды. На старых картах изображены здесь даже озера, но от них не осталось и луж: все высохло, и только после таяния снегов на месяц или на два на их месте скопляется немного вешней воды. Даже Эмба в своих верховьях иссякает в конце лета. К этому надо прибавить, что и от Эмбенского укрепления не осталось и следа: оно давным-давно упразднено. ДальшеCollapse )

Первый день мы шли по дну высохшего Айбугирского залива. Еще на не очень старых картах он изображен настоящим заливом, вдающимся вглубь степи от южного конца Аральского моря в виде запятой верст 120 в длину. Теперь он высох совсем, так что там, где еще недавно жили морские ракушки и плавали рыбы, теперь растет колючка и бегают фазаны. Вообще, как известно, Аральское море сохнет, что называется, не по дням, а по часам. Если бы не Аму- и Сырдарья, по его дну давно бы ходили верблюды.

В конце 2-го дня пути по крутой узкой тропинке мы поднялись на ровное, как пол, плато Усть-Урт, отделяющее Арал от Каспия, откуда перед нами открылся вид на море. Ну уж и вид! ну уж и море! Это та же пустыня, как степи вокруг его, только пустыня водная. Когда мы взошли на Усть-Урт, было тихо. Как зеленое стекло блестела гладкая поверхность Арала. На море ни паруса, ни чайки и никакой другой птицы. Всюду пусто, мертво и тихо. Такая же мертвая однообразная пустыня подходит к берегам Арала. Насколько хватает глаз, вдоль берега тянется крутой обрыв Усть-Урта, серый, мрачный и мертвый. Нигде ни кустика, ни зеленой травы, ни ручья; не слышно ни щебетания птиц, не стрекочут кузнечики. Словом, как на море, так и на берегу нет ничего. Там одна вода, а здесь голая глина. Со времени сотворения мира, суда Аральской военной флотилии, вероятно, были первыми судами, которые стали бороздить поверхность открытого моря, а команда их была первыми людьми, которых видели антилопы и лисы, живущие на необитаемом острове Николае. Как этот остров, так и некоторые другие были открыты и названы нашими моряками, поэтому на карте Арала среди тюркских имен вроде Барса-Кельмес, Куг-Арал и других встречаются и русские: остров Лазарева, залив Чернышева и проч. С тех пор как флотилию упразднили, а пароходы и баржи ее вытащили на берег в Казалинске, море снова опустело. ДальшеCollapse )


В стране глины и песку (3/5)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский. В стране глины и песку. (Путевые очерки) // Мир Божий, 1894, № 9, 10.
А. М. Никольский. Летние поездки натуралиста. — СПб., 1900.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5.

Н. Н. Каразин. Бассейн Амударьи. Базар в Ходжейли


II. На Амударье

С большим трудом, при содействии местного начальства, удалось нанять каюк, и то только до Нукуса. 2-го июля, в сопровождении нескольких солдат, которые уже давно ждали случая ехать в Нукус, и двух гребцов хивинцев, я наконец тронулся в дальнейший путь. ДальшеCollapse )

Нукус — это маленькая крепостца, которая была бы игрушкой где-нибудь на западных границах нашего государства, но здесь она держит в страхе все Хивинское ханство. Впрочем, в настоящее время она постепенно утрачивает свое значение, по мере того как хивинцы привыкают к мысли о необходимости и выгоде жить под крылом России. Кроме небольшого гарнизона, в Нукусе живет начальник Чимбайского уезда, к которому относятся русские земли вниз по Аму до самого моря.

Из Нукуса мне надо было плыть дальше в устье реки, в проток Кук. Если трудно было нанять каюк в Петроалександровске, то еще труднее найти средства спуститься из Нукуса вниз. Если бы не уральский казак, живущий здесь в качестве поселенца, мне долго пришлось бы ждать случая. Дальше. +5 иллюстрацийCollapse )


Первая ГЭС Российской Империи
Врщ1
rus_turk
Оригинал взят у konst_ranet в Первая ГЭС Российской империи.

Как же так произошло, что не где-то в Центральной России, а именно на Алтае, в затерянном на окраине Российской империи глухом уголке, возникло столь сложное и передовое по тем временам сооружение? Чтобы понять это, необходимо сделать небольшой экскурс в историю.

Березовская ГЭС, Зыряновск, 1892г.      Березовская ГЭС, машзал, 1892 г.
Березовская ГЭС, Зыряновск, 1892 г.

Read more...Collapse )

Источники: Александр Лухтанов «Очерки по истории Казахстанского Алтая» (с сокращениями).
Старые фото с сайта Гос. Архива ВКО: http://e-arhiv.vko.gov.kz/


См. также в журнале rus_turk: Поездка на Риддерский рудник (К. Ф. Ледебур. Путешествие по Алтайским горам и предгорьям Алтая).

В стране глины и песку (2/5)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский. В стране глины и песку. (Путевые очерки) // Мир Божий, 1894, № 9, 10.
А. М. Никольский. Летние поездки натуралиста. — СПб., 1900.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5.

Станция среди песков пустыни Кызыл-Кумы. Фото Г. О. Графтио, конец XIX в.


На 4-й день мы подошли к так называемой станции. Это хорошенький кирпичный домик, который как-то странно видеть среди безлюдной песчаной пустыни. На всем 500-верстном расстоянии таких станций поставлено всего три. По-видимому, они выстроены только для того, чтобы дать возможность путешественнику обогреться зимой или укрыться от песчаной бури, если она застигнет где-нибудь поблизости. Никакого другого значения они иметь не могут, если не считать того обстоятельства, что у сторожа станции можно получить казенный самовар. Первую станцию караулит один-единственный киргиз, у которого, кроме муки, нет никакой провизии; нет здесь ни верблюдов, ни телег, нет даже колес, а они могли бы очень пригодиться проезжающему в случае поломки своих. Мы даже не воспользовались самоваром; напоив здесь верблюдов и захватив запас воды, мы тронулись дальше.

Только на 5-й день судьба наконец сжалилась над нашей, по крайней мере над моей голодной участью, послав мне на охоте зайца. Правда, это был маленький, не больше кролика, местной породы зайчишка, с огромными ушами и с необыкновенно поджарым и сухим телом; все же это была дичь, в нем все-таки было мясо, о котором четыре дня тосковали наши желудки. Я тотчас же обратился к Дарье Сидоровне за советом, по какому способу было бы лучше использовать все питательные свойства нашей добычи, и, грешный человек, не слишком был опечален, когда она наотрез отказалась от всякого участия в этом деле, категорически заявив, что она «такой погани» не ест. ДальшеCollapse )


В стране глины и песку (1/5)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский. В стране глины и песку. (Путевые очерки) // Мир Божий, 1894, № 9, 10.
А. М. Никольский. Летние поездки натуралиста. — СПб., 1900.

Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5.

Киргизский мальчик среди пустыни. Фото Г. О. Графтио, конец XIX в.


I. В Кизыл-Кумах

ЧитатьCollapse ) Едущие в Петроалександровск перебираются чрез Кизыл-Кумы обыкновенно в простой русской телеге, запряженной тройкой верблюдов. Верблюдов можно нанять у киргиз, а телегу приходится покупать; на базаре в Казалинске всегда найдется продажная. Простая телега без шин, с широкими ободами колес — единственный русский экипаж, который в состоянии выдержать 500-верстный переезд по песчаной пустыне. Почтовые тарантасы и коляски слишком вязнут в сыпучем песке, а летом, под палящими лучами солнца, они еще рассыхаются, колеса рассыпаются, и путешественник может остаться среди безлюдной степи при одних верблюдах. Правда, такие оказии случаются и с телегами; поэтому многие предпочитают ехать верхом на верблюде или в особой корзинке, подвешиваемой сбоку горба. Этот способ имеет, во-первых, то преимущество, что верховые вьючные верблюды идут скорее, нежели запряженные в экипаж, а во-вторых, путешественник не рискует сесть на мель среди степи, разве только околеют его «корабли пустыни». Однако надо немало мужества, чтобы решиться на 12-дневное качание на верблюжьей спине, поэтому мы порешили купить себе телегу с парой запасных колес. Для защиты от солнца мы пристроили на ней нечто вроде беседки.

Долго думали мы с Дарьей Сидоровной — так звали мою попутчицу — какой бы провизии взять в дорогу. Основной продовольственный материал должны были составлять сухари, т. е. ломти черного и белого хлеба, высушенные в печке; затем, конечно, внесли мы в список чай и сахар, но дальше наши хозяйственные проекты по части заготовки съестных припасов разбивались о разные непреодолимые препятствия. В самом деле, какой провизии можно взять на 12 дней пути по раскаленной пустыне? Мясо, даже круто посоленное, портится при туркестанских жарах уже на следующий день. Никаких консервов в Казалинске не продают, если не считать сардин и окаменелой московской колбасы, более похожей на киргизскую нагайку из верблюжьей кожи, нежели на пищевой продукт. Положим, если бы мы даже решились на подвиг жевать эти нагайки, то не угодно ли, среди лета, в безводной пустыне, где и без того пить хочется больше чем где-нибудь, питаться в течение 12 дней колбасой, на которой соль белыми пятнами проступает наружу. Один добрый человек, которого мы потом поминали далеко не добрым словом, посоветовал нам взять с собой баранины, сушенной по киргизскому способу. ДальшеCollapse )


Русский Туркестан (1936)
GorSor
rus_turk


+8 карточек «Chocolat Pupier»Collapse )

Еще карточки: Сирия. Ливан. Государство Алавитов, Палестина, Аравия, Ирак, Азиатская Турция, Иран, Афганистан, Кавказ.
См. также: Мясной экстракт Либиха: В Туркестане.

Летние поездки натуралиста: В Северной Персии (3/3)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский, доктор зоологии. Летние поездки натуралиста. — СПб., 1900.

Часть 1. Часть 2.


Травянистая степь вблизи гор


На следующий день мы вернулись в Нардын. Молодые ханы попросили меня остаться еще на день, когда туркменские ханы племени гокланов должны были явиться с поздравлениями к начальнику Нардына по случаю дня его рождения. Прибывшие туркмены, по большей части молодой рослый народ, держали себя с достоинством и даже с некоторой надменностью. Все они были вооружены винтовками и ножами; а у некоторых были русские пехотные берданки работы Ижевского завода, попавшие к ним от текинцев. Как известно, под Геок-Тепе не одна тысяча наших солдат сложили свои головы. Их ружья достались текинцам, а те перепродали их персидским туркменам, когда Текинский оазис был присоединен к русским владениям. Теперь наши берданки принимают очень деятельное участие в грабежах и убийствах в здешней стране десятирублевых голов.

Читать дальшеCollapse )

Летние поездки натуралиста: В Северной Персии (2/3)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский, доктор зоологии. Летние поездки натуралиста. — СПб., 1900.

Часть 1. Часть 2. Часть 3.

Долина в Хорасанских горах. Вышка, куда складывается сжатый хлеб для защиты от кабанов


По мере того, как наши лошади карабкались вверх, становилось прохладнее, лес редел и мельчал. В окрестностях Алястана, за исключением грецкого ореха, шатром раскинувшегося над нашей палаткой, крупных деревьев не было. Румяные лица жителей аула указывали на то, что здесь уже кончилось царство лихорадки, и, действительно, я скоро перестал стучать по ночам зубами, и только руки мои по-прежнему бессильно висели как плети, благодаря чему фазаны, выскакивавшие из-под моих ног не дождавшись выстрела, благополучно улетали в кусты. Эти благородные, но глупые птицы отчасти были обязаны своим спасением… чему бы вы думали?.. Мусульманскому посту, уразе, в течение которого правоверные не едят целый день, до наступления ночи. Правоверные заставили справлять свой пост и меня, православного. Если не считать двух-трех горшков молока за неделю, единственной провизией, которую мне удавалось доставать в Алястане, были чуреки. Так называются тонкие, как холст, длиной по крайней мере в аршин, пресные лепешки, столько же пригодные для еды, как и для употребления вместо салфетки. Вот из этих-то салфеток, и только из них одних, мне и приходилось набираться силы, отобранной у меня персидской лихорадкой. Очевидно, это было возможно не в очень короткий срок, чем и пользовались фазаны. Мне оставалось обратить свое внимание на птиц, которых можно было стрелять не спеша, в то время, когда они сидят на ветке. Но увы!.. это были щеглы, зяблики, трясогузки и другие птицы не больше воробья, чаще же синицы. На охоту за этой лилипутской дичью я отправлялся куда-нибудь подальше от аула. Чтобы не ронять в глазах персиян престижа русской нации, я жарил и съедал свою крошечную добычу там же, в лесу, закусывая чуреками и дикой алычой.

Читать дальшеCollapse )

Летние поездки натуралиста: В Северной Персии (1/3)
Val
rus_turk
Еще одно описание путешествия Никольского и Зарудного по Северной Персии (1885 г.).
Размещено ранее: А. М. Никольский. Поездка в северо-восточную Персию и Закаспийскую область.


А. М. Никольский, доктор зоологии. Летние поездки натуралиста. — СПб., 1900.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Дорога по правому берегу Гюргена. Здесь и далее фото из книги Б. В. Бессонова
«Русские переселенцы в Северной Персии» (по наводке nikola_rus)



«В Астрахани, за Красным мостом, дом Харькина». Так телеграфировал я из Петербурга в Оренбург моему будущему спутнику 3., назначая ему место, где удобнее всего было встретиться.

3. явился настоящим охотником. В зеленой рубашке навыпуск, в ботфортах, в одной руке двустволка, в другой — винтовка Бердана, за поясом револьвер, нож и еще какие-то охотничьи принадлежности. Так, в этом виде, только без оружия, он тотчас же отправился со мной в путешествие по лавкам, чтобы закончить наши сборы.

Уже на другой день, 24-го мая, со всем своим нехитрым скарбом, мы были на палубе парохода. На девяти футах мы пересели на морской пароход. Началось восхитительное плавание по тихим водам Каспия. В Баку наше судно нагрузили тремястами персиян-рабочих, отправляемых на Закаспийскую железную дорогу. Вскоре после этого поднялся ветер, началась качка. Персияне, вообще, плохие моряки. Неудивительно, что вся партия немедленно заболела морскою болезнию. Триста человек сплошною линиею, как скворцы на коньке крыши, облепили борта парохода и поминутно с унылым видом заглядывали за борт. Картина была не из приятных.

З. сначала очень подмывало присоединиться к этой дружной компании. Но он благополучно продержался до Красноводска, а там уж и ветер стих. Наконец 29-го мая пароход бросил якорь у конечного пункта нашего плавания, у Чикишляра.

ДальшеCollapse )

На персидской границе: Чикишляр, Гасан-Кули и фактория Гязь
Врщ1
rus_turk
Д. Н. Логофет. На границах Средней Азии. Путевые очерки в 3-х книгах. Книга 1. Персидская граница. — СПб., 1909.

ПРЕДЫДУЩИЙ ОТРЫВОК


Остров Ашур-Аде (Персия) — место размещения Астрабадской морской станции


ЧитатьCollapse ) Разбросанное на песчаном берегу укрепление Чикишляр производило грустное впечатление. Православная церковь и десятка три небольших домиков, с чахлою зеленью вокруг них, составляли весь русский городок, заброшенный на этот неприветливый берег Каспийского моря. Несколько парусных судов пугливо жались в крохотной бухточке, южнее укрепления. На берегу, уходя далеко в море, виднелись громадные помосты полуразрушенной пристани, построенной для удобства подхода к нему судов во время первой экспедиции генерал-адъютанта Лазарева в 1879 году. Избранное для высадки войск место и в то время мало отвечало своему назначению, но причиною его выбора служило наше полное незнакомство со страною туркменов. Выработанным заранее планом предполагалось сделать Чикишляр опорным пунктом и складом запасов для экспедиционного отряда, который должен был двигаться вверх по течению реки Атрека, впадающего в море недалеко от Чикишляра. При этом запасы для него предполагалось доставлять по реке, вследствие чего даже был заказан пароход. Казалось бы, что план экспедиции даст возможность ее выполнить с успехом, не нуждаясь в воде для питья при движении через солончаковые пустыри, но в действительности оказалось, что все предположения так и остались одними предположениями.

Атрек, который считался составителем плана многоводною рекою, по которой возможно судоходство, на самом деле оказался небольшою речкою, пересыхающей местами во время жаров, и вдобавок с солоноватою водою.

От пристани тянется рельсовый путь, густо поросший бурьяном… Ржавые рельсы, сгнившие шпалы и масса железного лома являются остатками кипучей деятельности, бывшей здесь во время высадки и движения экспедиционного отряда. ДальшеCollapse )


Красноводск и остров Челекен
Врщ1
rus_turk
Д. Н. Логофет. На границах Средней Азии. Путевые очерки в 3-х книгах. Книга 1. Персидская граница. — СПб., 1909.

Нестерпимым блеском, рассыпая свои жгучие лучи, искрится южное солнце, отражаясь в неподвижной, как будто мертвой, поверхности Каспийского моря. По берегу его, длинной грядой красновато-желтого цвета тянутся каменные массивы горных хребтов, уходящие вглубь Средней Азии. Необозримые равнины, сожженные солнцем, порою видны сквозь горные ущелья.



Город Красноводск. Железнодорожная станция. 1906.
Экспедиция К. Г. Маннергейма. Источник: humus


В полукруглой, почти подковообразной формы долине, окруженной высокими горами, лишенными совершенно растительности, раскинулся на самом берегу Каспийского моря город Красноводск. Разбросанные на пространстве небольшой долины, виднеются ряды домов, среди которых выделяется своей своеобразной архитектурой вокзал Среднеазиатской железной дороги. Строго выдержанный мавританский стиль громадного здания как нельзя больше гармонирует с окружающею природою и восточного покроя костюмами местных жителей, а напротив вокзала среди широкой площади одиноко стоит православная церковь, золотой крест которой, сияя на солнце, как будто осеняет своими лучами весь город. Дальше. +15 фотоCollapse )


Еще о городе Красноводске (ныне Туркменбашы) и острове Челекен (ныне полуостров):
Н. Кончевский. Воспоминания невоенного человека об Ахал-Текинской экспедиции;
А. В. Квитка. Поездка в Ахал-Теке. 1880—1881;
Е. М. Белозерский. Письма из Персии от Баку до Испагани. 1885—86 г.;
А. А. Кауфман. По новым местам;
Ю. А. Лоссовский. Кавказские стрелки за Каспием;
В. Н. Гартевельд. Среди сыпучих песков и отрубленных голов.


Мужские портреты Гюго Крафта (Русский Туркестан, 1898—1899). Часть 4
GorSor
rus_turk
Другие части: Женские портреты. Мужские портреты (1). Мужские портреты (2). Мужские портреты (3).


Узбек-переводчик в халате с золотыми галунами
[и с орденом Благородной Бухары] (Ходжент)

Дальше. +33 фотоCollapse )

Мужские портреты Гюго Крафта (Русский Туркестан, 1898—1899). Часть 3
GorSor
rus_turk
Другие части: Женские портреты. Мужские портреты (1). Мужские портреты (2). Мужские портреты (4).


Старший аксакал г. Самарканда в парадной форме

Дальше. +37 фотоCollapse )

См. также:
На базаре («Туркестанский альбом», 1871—1872);
Из Стамбула в Ташкент: Фотопленки Поля Надара (1890).

Джамбул. Песня об Орымборе
Жамбыл
rus_turk
Джамбул. Песня об Орымборе // Степные огни: литературно-художественный сборник. — Оренбург, 1938.

                        ДЖАМБУЛ
               Народный поэт Казахстана,
                      орденоносец


Песня об Орымборе1

Вижу — город, степной простор,
Небо серое, словно свинец.
Ты ли это, большой Орымбор,
Куда гнал Алибек2 овец?

Под навесом седых бровей
Загорается гневом взор.
Душной крепостью белых царей
Вспоминаешься ты, Орымбор!

ДальшеCollapse )

Мужские портреты Гюго Крафта (Русский Туркестан, 1898—1899). Часть 2
GorSor
rus_turk
Другие части: Женские портреты. Мужские портреты (1). Мужские портреты (3). Мужские портреты (4).


Вход в придорожное чай-хане

Дальше. +36 фотоCollapse )

См. также:
На базаре («Туркестанский альбом», 1871—1872);
Из Стамбула в Ташкент: Фотопленки Поля Надара (1890).

?

Log in