?

Log in

No account? Create an account
Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


Previous Entry Поделиться Next Entry
Среди сыпучих песков и отрубленных голов. 8: Ташкент и Оренбургская ж. д.
Врщ1
rus_turk
В. Н. Гартевельд. Среди сыпучих песков и отрубленных голов. Путевые очерки Туркестана (1913). — М., 1914.

Предыдущие части: [1. Баку и Красноводск], [2. Асхабад], [3. В гостях у текинцев], [4. Байрам-Али и Старый Мерв], [5. Бухара], [6. Самарканд], [7. Коканд, Скобелев и Андижан].

X. Ташкент и Оренбургская дорога. Заключение

Ташкент! Лишь только по приезде выйдете вы из вагона на платформу, как сразу почувствуете, что попали в большой город.


Вокзал. (Фото, как и многие другие, взято у sklyarevskiy)

Прекрасный, огромный вокзал полон движения!


Бельгийский трамвай. 1916

От самого вокзала гремит трамвай и снует по всем направлениям.




Аптека фирмы Каплан

Дальше вы увидите прекрасные улицы с оживленной толпой, с великолепными магазинами и, наконец, очутившись в гостинице «Россия», вы сразу убедитесь, что, после азиатского Туркестана, находитесь в убежище европейской техники и комфорта.

Умывшись и прекрасно пообедав, я, не теряя времени, пошел осматривать Ташкент. (Говорю пока о русской части города). И, повторяю, сразу он делает прекрасное впечатление.

Да, в конце концов, Ташкент, все-таки, столица всего Туркестана с населением в 160.000 душ (русского элемента всего 30.000).

Климат чудесный. Во время моего там пребывания (конец февраля), стояла полная, цветущая весна.

В Ташкенте находятся все главные учреждения, гражданские и военные, по управлению Туркестанского края, и 50% русского населения состоит из чиновников и военных.


Дама и артиллерист. Ташкент, 1909

В городе издается три газеты, имеется театр, Военное и Гражданское общественное собрание.

На улицах гудят автомобили и встречаются (тоже признак большого города) «жертвы общественного темперамента», чем, кажется, ташкентцы немало гордятся… Одним словом, прогресс и цивилизация!..

При этом, растительность, прямо, роскошная, и в городских общественных садах (их есть несколько), под чудным южным небом гулять — одно наслаждение.

И если бы не встречались постоянно сарты и киргизы, верблюды, ослики и другие атрибуты Востока, вы легко могли бы вообразить себя в европейском городе средней руки.

Таково первоначальное впечатление от Ташкента. Но, прожив в городе, как я, неделю, вы, к собственному удивлению, убедитесь, что находитесь в глухой провинции!

Прежде всего, на улицах, в ресторанах, в театре, в клубе — вы встретите все одних и тех же лиц, и к тому же сроку вы будете лично знакомы чуть ли не со всем ташкентским «обществом».

Это происходит, конечно, оттого, что «общество» в городе, собственно, очень невелико.

Ведь из 36.000 русских, половина приходится на нижних воинских чинов и на низших служащих в разных общественных и частных учреждениях.

А прожив еще неделю, вы, наверное, узнаете всю подноготную из жизни «наших ташкентцев».

И первоначальное впечатление исчезает, как fata morgana!

Любимое развлечение ташкентцев по праздникам состоит в поездках (пикники) в сады окрестных аулов и кишлаки сартов. Эти поездки носят особое название «ехать на рыбалку», и ташкентцы добросовестно сидят на берегу арыка и ловят рыбу, которой в арыке совсем не водится.

Когда я спросил одного такого спортсмена: «Неужели вы когда-либо что-нибудь поймали в арыке?» Он мне ответил: «Как вам сказать, лихорадку я несколько раз ловил, а что касается рыбы, то я ведь не для рыбы сижу с удочкой, а для удовольствия».

Понятно, не все удовольствия горожан носят такой идиллический характер. В Ташкенте есть несколько кафешантанов, и я побывал в первоклассном из них, в «Кало». Это было нечто ужасное, и я не могу себе вообразить, каковы же должны быть там второклассные кафешантаны.


Кафешантан «Буфф»


«Мулен Руж» господина Макса

Есть еще драматическое общество, и при мне в Собрании состоялся вечер в память, так трагически умершей в Ташкенте, В. Ф. Комиссаржевской. Играли любители, и очень недурно.

Другим развлечением для обывателей служит постоянная полемика между местными газетами. Ругаются мастерски, и иногда, прибегают и не к совсем «парламентским» приемам.

Например: «Туркестанские ведомости» редактирует некий г-н Левин. В один прекрасный день, в редакции его газеты получилась телеграмма (это было при мне) из какого-то туркестанского города, что в Ташкент скоро прибудет знаменитый итальянский певец Нивель Каруд. И только после того, как известие это было напечатано, поняли мистификацию, ибо если читать «Нивель Каруд» с конца, то получается нечто, для г-на Левина не совсем лестное. Телеграмма была, конечно, отправлена по инициативе другой редакции, но ташкентцы получили удовольствие, и все, кроме г-на Левина, были довольны… Нехорошо, господа!

Бичом Ташкента являются лютые жары. Они доходят до фантастических размеров, и занятия летом, по этой причине, в государственных и частных учреждениях производятся только от восьми часов утра до часа дня, после чего даже улицы пустеют.

Извозчиков в городе очень небольшое количество и они дороги, и если вы, отправляясь в театр, заранее не позаботитесь о нем, то рискуете возвращаться домой pedes apostolorum.


Старый Ташкент. Перед немецким магазином

Несравненно более интересен туземный, так сказать, настоящий Ташкент.

Город очень старый, и в нем есть, например, медресе Барак-хан, выстроенное 600 лет назад кокандским ханом Бараком.

В мечети Хазрет-Имам погребен основатель ислама в Туркестане Абубекра, умерший в 926 году нашей эры. Вообще, здесь множество памятников древности — один интереснее другого.

Но, оставя в покое мертвых и обращая наши взоры на живых, приходится сказать, что самое интересное в Ташкенте — это его базар. По величине и по торговому своему значению он занимает первое место среди всех базаров Туркестана. В нем сосредоточены все новые и старые произведения Востока, и улицы его бывают так всегда переполнены народом, что нельзя ни пройти, ни проехать.

Во время мусульманского поста (ураса), эти улицы имеют особенный вид. Население, воздерживаясь в течение всего дня от пищи, с наступлением вечера наполняет все чайные и харчевни (чай-ханэ и аш-ханэ), и веселье идет до самого утра. Это называется «тамаша».

Сарты очень любят музыку, и у них есть свои оркестры из туземных инструментов. Таких оригинальных инструментов я нигде не встречал, но самая «музыка» до того «азиатская», что даже мне, по этой части видавшему виды, было как-то не по себе. Хотя, она напомнила мне, по своему мелодическому рисунку и по своей гармонизации, некоторые музыкальные произведения наших передовых композиторов-декадентов.


Сарты. Старый Ташкент

Сарты в торговом мире Туркестана пользуются дурной славой, и мне говорили, что в борьбе с «неплатежами» сарты всегда остаются победителями. Сарт просто отказывается от своей подписи и, таким образом, получает право — не платить. «Победителя не судят», или очень редко.

Великий князь, живущий в Ташкенте, пользуется большой любовью и популярностью среди ташкентцев. Его семья часто посещает театр Общественного собрания, где имеется специальная великокняжеская ложа.

В этом Собрании я читал свой доклад о сибирской каторге и сибирских бродягах, вообще, о своем путешествии по Сибири в 1908 году, причем было демонстрировано несколько номеров из записанных мною песен каторжан…

Зал был переполнен, и присутствовавший на вечере генерал-губернатор Самсонов выразил мне свое удовольствие несколькими любезными словами.

Не без сожаления расстался я с Ташкентом, откуда отправился прямо в Оренбург.

Лютому врагу не пожелаю испытать то, что испытывает человек, отправившийся по Оренбургской ж. д. из Ташкента.

Я не попал на поезд (скорый) прямого сообщения Москва—Андижан, а поехал на почтовом.

Войдя в вагон II класса, я, по неопытности своей, сначала было обрадовался, ибо вагон был почти пуст, и я почувствовал себя великолепно, располагая таким простором и занимая один целое купе. Я даже не обратил внимания на удивленные взгляды кондукторов, в глазах которых даже светилось как будто участие и какое-то сожаление. Но скоро я понял, что сделался жертвой своей неопытности, и что суровые кондуктора иной раз обладают сердцем, способным сочувствовать горю ближнего.

Начиная с того, что, благодаря размыву пути, я из Ташкента в Оренбург тащился трое суток и приехал туда голодный и холодный.

На всем огромном протяжении дороги не имеется ни одной станции, где можно было бы, хоть сносно, что-нибудь поесть, и когда я, рассвирепев от голода, на одной из остановок высказал мое негодование, буфетчик мне ответил: «Для кого же прикажете держать провизию? Хорошие господа едут со скорым поездом».

Он, наконец, подал мне бифштекс (кажется, из конины) такой твердости, что я жевал его чуть ли не вплоть до Оренбурга. Но что же делать? «Я дал ему злато и проклял его!»

Со станции «Аральское море» мы вступили в область русской зимы, а близ Оренбурга долго стояли, благодаря снежным заносам.

А вагоны почти не топили… И в Оренбург я приехал в состоянии недавно открытого профессором Бахметьевым анабиоза, т. е. на грани между жизнью и смертью, благодаря искусственному замораживанию меня Управлением Оренбургской ж. д.

И только в Оренбурге я постепенно оттаял, откормился.

Оттуда, в Москву, я вернулся через Бузулук—Сызрань.


___________



Итак, побывав в Туркестане и проведя там почти четыре месяца я, резюмируя свои впечатления, позволю себе сказать следующее:

Огромные природные богатства края, трудолюбие и способности туземцев могли бы создать из страны земной рай.

Но ирригация, без которой край гибнет, возможна только при помощи энергичных людей и при больших капиталах.

Но, до сих пор, таких русских предпринимателей не находилось, а иностранцам с иностранными капиталами доступ в Туркестан закрыт.

И выходит: ни себе, ни людям!

А жаль! Я не алхимик, но скажу по секрету — Туркестану нужна вода, а людям нужно золото.

Несите ваше золото в Туркестан и превратите его в воду, и из этой воды вы опять добудете золото, да еще сторицей.


Конец




Другие материалы о Ташкенте:
А. А. Кауфман. По новым местам. (Очерки и путевые заметки);
Фотографии Поля Надара (1890);
А. К. Гейнс. Дневник 1866 год. Путешествие в Туркестан [+ фотографии из «Туркестанского альбома»];
П. В. Путилов. Из путевых этнографических наблюдений совместной жизни сарт и русских;
Н. А. Варенцов. Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое;
Н. С. Лыкошин. Воры и воровство в г. Ташкенте;
Автобиография кокандского поэта Закирджана Фирката;
Н. И. Уралов. На верблюдах. Воспоминания из жизни в Средней Азии;
П. И. Пашино. Туркестанский край в 1866 году;
Н. Н. Каразин. На далеких окраинах;
Е. П. Ковалевский. Зюльма, или женщина на Востоке. (Ташкент).

Оренбург-Ташкентская железная дорога:
А. М. Поляков. Записки жандармского офицера;
В. П. Вощинин. Очерки нового Туркестана: Свет и тени русской колонизации.

  • 1
насколько я понял, сартами в сочинении зовутся все оседлые туземцы вне зависимости от их национальной принадлежности?

Как правило, это были городские узбеки и таджики, соответственно, они могли быть тюрко- и персоязычными. Навряд ли бы назвали сартом афганца, перса, индуса или еврея! По регионам, конечно, было распределение по национальностям: в Самарканде и Бухаре подавляющее большинство населения составляли таджики, в Ташкенте и Чимкенте — узбеки...

Как всегда очень интересно!!!
За фотографии отдельное СПАСИБО!!!

Благодарю за интерес, со своей стороны!

Дивный материал, спасибо.

Спасибо, смотрел на фотографии и пытался вспомнить, не видел ли этих зданий. Военное собрание, надо думать стало Домом офицеров. Не знаю что там теперь. А Общественное, напомнило кинотеатр - 20 лет ВЛКСМ.

Владимир (Anonymous) Expand
Как ни странно текст прочёл на одном дыхании, мысленно постоянно переносясь в Ташкент сегодняшний.

Да, читается легко и с удовольствием. Хотя обычно фельетонный стиль не люблю.
Приятно, что используется много разговорных слов и выражений ("неплатежи" и многое другое) — Гартевельд хорошо освоил живой русский язык...

Как прогулялся...

Как здорово! И с фотками. Жаль, что ничего не могу обнаружить в современном Ташкенте из того:( Пытаюсь найти где-нибудь казармы квалерийского и сапёрного полков. В одной из них живу сейчас.

Сейчас с интересом перечитал Ваш пост от 5 февраля про дом. А его фотография у Вас в журнале где-нибудь выложена? интересно было бы взглянуть.

Возможно пригодиться:


Отлично! спасибо большое!

Понятия национальности до 1917 не было

Джалол Икроми в своей книге про Сафар-махсума пишет:
Дар он вақт чӣ будани миллатро намедонистанд. Дар мактаб меомӯхтанд, ки: «Миллат ба кӣ дорӣ? Бигу ба Иброҳим Халилуллоҳ!»

СПАСИБО!!

ЧИТАЮ С УДОВОЛЬСТВИЕМ И ИНТЕРЕСОМ...

Очень здорово! Мои прабабушка и прадедушка познакомились в этом месте примерно в это время, было очень интересно рассматривать фотографии и представлять себя на их месте... Пра-прадедушка преподавал в гимназии, а прадедушка был инженером на строительстве железной дороги. Говорят, у него была царская грамота на бесплатный проезд по железнй дороге для него и его семьи, но, к сожалению, не сохранилась...

Рад, что вам понравилось!

  • 1