rus_turk (rus_turk) wrote,
rus_turk
rus_turk

Categories:

Среди сыпучих песков и отрубленных голов. 8: Ташкент и Оренбургская ж. д.

В. Н. Гартевельд. Среди сыпучих песков и отрубленных голов. Путевые очерки Туркестана (1913). — М., 1914.

Предыдущие части: [1. Баку и Красноводск], [2. Асхабад], [3. В гостях у текинцев], [4. Байрам-Али и Старый Мерв], [5. Бухара], [6. Самарканд], [7. Коканд, Скобелев и Андижан].

X. Ташкент и Оренбургская дорога. Заключение

Ташкент! Лишь только по приезде выйдете вы из вагона на платформу, как сразу почувствуете, что попали в большой город.


Вокзал. (Фото, как и многие другие, взято у sklyarevskiy)

Прекрасный, огромный вокзал полон движения!


Бельгийский трамвай. 1916

От самого вокзала гремит трамвай и снует по всем направлениям.




Аптека фирмы Каплан

Дальше вы увидите прекрасные улицы с оживленной толпой, с великолепными магазинами и, наконец, очутившись в гостинице «Россия», вы сразу убедитесь, что, после азиатского Туркестана, находитесь в убежище европейской техники и комфорта.

Умывшись и прекрасно пообедав, я, не теряя времени, пошел осматривать Ташкент. (Говорю пока о русской части города). И, повторяю, сразу он делает прекрасное впечатление.

Да, в конце концов, Ташкент, все-таки, столица всего Туркестана с населением в 160.000 душ (русского элемента всего 30.000).

Климат чудесный. Во время моего там пребывания (конец февраля), стояла полная, цветущая весна.

В Ташкенте находятся все главные учреждения, гражданские и военные, по управлению Туркестанского края, и 50% русского населения состоит из чиновников и военных.


Дама и артиллерист. Ташкент, 1909

В городе издается три газеты, имеется театр, Военное и Гражданское общественное собрание.

На улицах гудят автомобили и встречаются (тоже признак большого города) «жертвы общественного темперамента», чем, кажется, ташкентцы немало гордятся… Одним словом, прогресс и цивилизация!..

При этом, растительность, прямо, роскошная, и в городских общественных садах (их есть несколько), под чудным южным небом гулять — одно наслаждение.

И если бы не встречались постоянно сарты и киргизы, верблюды, ослики и другие атрибуты Востока, вы легко могли бы вообразить себя в европейском городе средней руки.

Таково первоначальное впечатление от Ташкента. Но, прожив в городе, как я, неделю, вы, к собственному удивлению, убедитесь, что находитесь в глухой провинции!

Прежде всего, на улицах, в ресторанах, в театре, в клубе — вы встретите все одних и тех же лиц, и к тому же сроку вы будете лично знакомы чуть ли не со всем ташкентским «обществом».

Это происходит, конечно, оттого, что «общество» в городе, собственно, очень невелико.

Ведь из 36.000 русских, половина приходится на нижних воинских чинов и на низших служащих в разных общественных и частных учреждениях.

А прожив еще неделю, вы, наверное, узнаете всю подноготную из жизни «наших ташкентцев».

И первоначальное впечатление исчезает, как fata morgana!

Любимое развлечение ташкентцев по праздникам состоит в поездках (пикники) в сады окрестных аулов и кишлаки сартов. Эти поездки носят особое название «ехать на рыбалку», и ташкентцы добросовестно сидят на берегу арыка и ловят рыбу, которой в арыке совсем не водится.

Когда я спросил одного такого спортсмена: «Неужели вы когда-либо что-нибудь поймали в арыке?» Он мне ответил: «Как вам сказать, лихорадку я несколько раз ловил, а что касается рыбы, то я ведь не для рыбы сижу с удочкой, а для удовольствия».

Понятно, не все удовольствия горожан носят такой идиллический характер. В Ташкенте есть несколько кафешантанов, и я побывал в первоклассном из них, в «Кало». Это было нечто ужасное, и я не могу себе вообразить, каковы же должны быть там второклассные кафешантаны.


Кафешантан «Буфф»


«Мулен Руж» господина Макса

Есть еще драматическое общество, и при мне в Собрании состоялся вечер в память, так трагически умершей в Ташкенте, В. Ф. Комиссаржевской. Играли любители, и очень недурно.

Другим развлечением для обывателей служит постоянная полемика между местными газетами. Ругаются мастерски, и иногда, прибегают и не к совсем «парламентским» приемам.

Например: «Туркестанские ведомости» редактирует некий г-н Левин. В один прекрасный день, в редакции его газеты получилась телеграмма (это было при мне) из какого-то туркестанского города, что в Ташкент скоро прибудет знаменитый итальянский певец Нивель Каруд. И только после того, как известие это было напечатано, поняли мистификацию, ибо если читать «Нивель Каруд» с конца, то получается нечто, для г-на Левина не совсем лестное. Телеграмма была, конечно, отправлена по инициативе другой редакции, но ташкентцы получили удовольствие, и все, кроме г-на Левина, были довольны… Нехорошо, господа!

Бичом Ташкента являются лютые жары. Они доходят до фантастических размеров, и занятия летом, по этой причине, в государственных и частных учреждениях производятся только от восьми часов утра до часа дня, после чего даже улицы пустеют.

Извозчиков в городе очень небольшое количество и они дороги, и если вы, отправляясь в театр, заранее не позаботитесь о нем, то рискуете возвращаться домой pedes apostolorum.


Старый Ташкент. Перед немецким магазином

Несравненно более интересен туземный, так сказать, настоящий Ташкент.

Город очень старый, и в нем есть, например, медресе Барак-хан, выстроенное 600 лет назад кокандским ханом Бараком.

В мечети Хазрет-Имам погребен основатель ислама в Туркестане Абубекра, умерший в 926 году нашей эры. Вообще, здесь множество памятников древности — один интереснее другого.

Но, оставя в покое мертвых и обращая наши взоры на живых, приходится сказать, что самое интересное в Ташкенте — это его базар. По величине и по торговому своему значению он занимает первое место среди всех базаров Туркестана. В нем сосредоточены все новые и старые произведения Востока, и улицы его бывают так всегда переполнены народом, что нельзя ни пройти, ни проехать.

Во время мусульманского поста (ураса), эти улицы имеют особенный вид. Население, воздерживаясь в течение всего дня от пищи, с наступлением вечера наполняет все чайные и харчевни (чай-ханэ и аш-ханэ), и веселье идет до самого утра. Это называется «тамаша».

Сарты очень любят музыку, и у них есть свои оркестры из туземных инструментов. Таких оригинальных инструментов я нигде не встречал, но самая «музыка» до того «азиатская», что даже мне, по этой части видавшему виды, было как-то не по себе. Хотя, она напомнила мне, по своему мелодическому рисунку и по своей гармонизации, некоторые музыкальные произведения наших передовых композиторов-декадентов.


Сарты. Старый Ташкент

Сарты в торговом мире Туркестана пользуются дурной славой, и мне говорили, что в борьбе с «неплатежами» сарты всегда остаются победителями. Сарт просто отказывается от своей подписи и, таким образом, получает право — не платить. «Победителя не судят», или очень редко.

Великий князь, живущий в Ташкенте, пользуется большой любовью и популярностью среди ташкентцев. Его семья часто посещает театр Общественного собрания, где имеется специальная великокняжеская ложа.

В этом Собрании я читал свой доклад о сибирской каторге и сибирских бродягах, вообще, о своем путешествии по Сибири в 1908 году, причем было демонстрировано несколько номеров из записанных мною песен каторжан…

Зал был переполнен, и присутствовавший на вечере генерал-губернатор Самсонов выразил мне свое удовольствие несколькими любезными словами.

Не без сожаления расстался я с Ташкентом, откуда отправился прямо в Оренбург.

Лютому врагу не пожелаю испытать то, что испытывает человек, отправившийся по Оренбургской ж. д. из Ташкента.

Я не попал на поезд (скорый) прямого сообщения Москва—Андижан, а поехал на почтовом.

Войдя в вагон II класса, я, по неопытности своей, сначала было обрадовался, ибо вагон был почти пуст, и я почувствовал себя великолепно, располагая таким простором и занимая один целое купе. Я даже не обратил внимания на удивленные взгляды кондукторов, в глазах которых даже светилось как будто участие и какое-то сожаление. Но скоро я понял, что сделался жертвой своей неопытности, и что суровые кондуктора иной раз обладают сердцем, способным сочувствовать горю ближнего.

Начиная с того, что, благодаря размыву пути, я из Ташкента в Оренбург тащился трое суток и приехал туда голодный и холодный.

На всем огромном протяжении дороги не имеется ни одной станции, где можно было бы, хоть сносно, что-нибудь поесть, и когда я, рассвирепев от голода, на одной из остановок высказал мое негодование, буфетчик мне ответил: «Для кого же прикажете держать провизию? Хорошие господа едут со скорым поездом».

Он, наконец, подал мне бифштекс (кажется, из конины) такой твердости, что я жевал его чуть ли не вплоть до Оренбурга. Но что же делать? «Я дал ему злато и проклял его!»

Со станции «Аральское море» мы вступили в область русской зимы, а близ Оренбурга долго стояли, благодаря снежным заносам.

А вагоны почти не топили… И в Оренбург я приехал в состоянии недавно открытого профессором Бахметьевым анабиоза, т. е. на грани между жизнью и смертью, благодаря искусственному замораживанию меня Управлением Оренбургской ж. д.

И только в Оренбурге я постепенно оттаял, откормился.

Оттуда, в Москву, я вернулся через Бузулук—Сызрань.


___________



Итак, побывав в Туркестане и проведя там почти четыре месяца я, резюмируя свои впечатления, позволю себе сказать следующее:

Огромные природные богатства края, трудолюбие и способности туземцев могли бы создать из страны земной рай.

Но ирригация, без которой край гибнет, возможна только при помощи энергичных людей и при больших капиталах.

Но, до сих пор, таких русских предпринимателей не находилось, а иностранцам с иностранными капиталами доступ в Туркестан закрыт.

И выходит: ни себе, ни людям!

А жаль! Я не алхимик, но скажу по секрету — Туркестану нужна вода, а людям нужно золото.

Несите ваше золото в Туркестан и превратите его в воду, и из этой воды вы опять добудете золото, да еще сторицей.


Конец




Другие материалы о Ташкенте:
А. А. Кауфман. По новым местам. (Очерки и путевые заметки);
Фотографии Поля Надара (1890);
А. К. Гейнс. Дневник 1866 год. Путешествие в Туркестан [+ фотографии из «Туркестанского альбома»];
П. В. Путилов. Из путевых этнографических наблюдений совместной жизни сарт и русских;
Н. А. Варенцов. Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое;
Н. С. Лыкошин. Воры и воровство в г. Ташкенте;
Автобиография кокандского поэта Закирджана Фирката;
Н. И. Уралов. На верблюдах. Воспоминания из жизни в Средней Азии;
П. И. Пашино. Туркестанский край в 1866 году;
Н. Н. Каразин. На далеких окраинах;
Е. П. Ковалевский. Зюльма, или женщина на Востоке. (Ташкент).

Оренбург-Ташкентская железная дорога:
А. М. Поляков. Записки жандармского офицера;
В. П. Вощинин. Очерки нового Туркестана: Свет и тени русской колонизации.
Tags: .Сырдарьинская область, 1901-1917, Ташкент, города/укрепления, дом Романовых, железные дороги, история казахстана, история узбекистана, казахи, купцы/промышленники, непотребство, правосудие, русские, сарты, театр/сценическое искусство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 47 comments