Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


Previous Entry Поделиться Next Entry
Багренье на Урале
kazak
rus_turk
И. Ф. Бларамберг. Воспоминания. — М., 1978.

Рыбные промыслы на Урале. Здесь я опишу поездку в Уральск, столицу уральских казаков, [в 1843 г.], где я уже бывал в декабре 1841 г.

Основное занятие уральских казаков — рыбный промысел, который в различное время и под различными названиями ведется круглый год как на реках Урал, Большой и Малый Узень, на озерах, так и при впадении Урала в Каспийское море и на берегах последнего, в бухте северо–восточной части моря, называемой Мертвый Култук. Так как самая интересная пора подледного лова на реке Урал наступает в декабре, атаман оренбургских казаков граф Цуккато пригласил меня совершить с ним поездку в Уральск.

Мы выехали из Оренбурга в кибитке и со скоростью ветра помчались вниз вдоль правого берега Урала. Замечательный санный путь, великолепные лошади и кучер–казак, небольшие расстояния между станциями — все это способствовало тому, что за полтора дня (с остановкой на ночлег) мы покрыли расстояние в 280 верст. В Уральске, прекрасном городе, нас встретили с истинным ликованием.

Главная улица застроена преимущественно большими, красивыми двухэтажными кирпичными домами, обставленными со вкусом и комфортом. Нам отвели дом богатого казака, и каждый из нас занял по две комнаты, которые были не хуже, чем в Петербурге. Мы сразу же отправились к тамошнему атаману полковнику Кожевникову. Редко встретишь такого образованного, душевного и жизнелюбивого человека. Мы приехали как раз к обеду. У него собралось большое общество, и здесь я встретил многих своих спутников по экспедиции к Сырдарье в 1841 г., которой я руководил, а также знакомых из Оренбурга.

Обед прошел весело. Превосходные кушанья, а еще больше хорошие вина подняли настроение. Шампанское лилось рекой, потому что атаманы уральских казаков отличались тогда роскошной и даже бурной жизнью. Я отправился в постель с тяжелой головой, чтобы выспаться к завтрашнему торжеству — открытию большого зимнего лова рыбы, называемого здесь «багренье». Это слово происходит от названия орудия лова — багра, представляющего собой тонкий длинный шест в 2, 4, 6 саженей и более; нижний конец шеста снабжен железным крюком, которым вытаскивают, а точнее, быстро выдергивают большую рыбу из проруби, чтобы бросить ее на лед. Поскольку здешний рыбный промысел ведется по строгим правилам и законам, я приведу некоторые детали, которые небезынтересны для тех, кто никогда не видел такого лова рыбы и не принимал в нем участия.

Рыбный промысел, не считая военной службы, — главное занятие и привилегия уральских казаков. Он делится на весеннюю, летнюю, осеннюю и зимнюю путину. Самая интересная из них — последняя, багренье.

Для того чтобы рыба осталась в районе лова уральских казаков, реку Урал выше города Уральска перегораживают дамбой из деревянных свай, вбиваемых плотно друг подле друга; дамба эта, называемая «учуг», преграждает рыбе путь вверх по реке. Ближе к зиме из моря в Урал устремляются большие косяки осетров и белуг. В определенных местах, которые хорошо известны казакам, они останавливаются и впадают в зимнюю спячку, а весной мечут икру. Когда Урал покрывается льдом, строго запрещается переправляться по нему на санях или верхом, чтобы не беспокоить рыбу; не разрешается даже шуметь у берегов. В декабре наступает пора багренья. Лов начинается обычно ниже Уральска и производится в определенных местах, называемых дистанциями, до городка Гурьева, расположенного недалеко от места впадения Урала в море. Право на лов рыбы имеют все казаки, кроме сакмарских, которые несут внутреннюю службу. Казаки приходят на реку большими группами с баграми и короткими железными ломами, чтобы проломить лед, т. е. быстро выдолбить круглую лунку, достаточно большую, чтобы можно было вытащить рыбу, а также с другими орудиями лова; они грузят все это на запряженные одной или двумя лошадьми сани и собираются в заранее обусловленном месте на высоком, правом берегу Урала.

Мы проехали на санях 5 или 6 верст на юг от Уральска вдоль высокого, правого берега реки и уже издалека увидели большую группу людей, которые выстроились в несколько рядов на берегу. Каждый держал в руках багор или короткий железный лом, ожидая знака к началу рыбной ловли. За ними на значительном расстоянии стояли длинными рядами сани, на которых они приехали, а также их жены и молодежь. На левом фланге рыбаков были установлены две войлочные кибитки для гостей, и, так как было довольно холодно, они обогревались жаровнями с древесным углем. Полковник Кожевников любезно встретил нас и проводил к берегу, где у наших ног раскинулся широкий Урал, покрытый ледяным панцирем.

Здесь же был установлен полевой алтарь, у которого читал молитву священник, прося небо ниспослать рыбакам богатый улов. Множество женщин, старых и молодых, окружили алтарь; они истово крестились, слезно моля своего заступника святого Николая внять их просьбам и даровать хороший улов.


Багренье (рис. Н. Ф. Савичева)

Казаки дрожали от нетерпения, ожидая сигнала — выстрела из пушки, стоявшей недалеко от атамана. На широком поле и вдоль берега реки воцарилась мертвая тишина. По сигналу атамана раздался выстрел, и с быстротой молнии рыбаки, одетые в короткие меховые полушубки и высокие сапоги, ринулись с высокого берега вниз, на лед, пробили его сразу в сотнях мест, ловко и быстро опустили в проруби свои длинные шесты с железными крюками, и менее чем через минуту на белом снежном покрове уже трепетали сотни окровавленных осетров и белуг всех размеров. Трудно передать ликование и азарт, с какими казаки выволакивали на лед больших рыбин. В то время как одни общими усилиями вытаскивали рыбу, другие разделывали туши, чтобы вынуть икру и пузыри. Множество купцов окружили рыбаков, чтобы тут же, на месте, за наличные купить еще не разделанных осетров и белуг. Это было в высшей степени интересное зрелище.

После того как мы долгое время не без удовольствия наблюдали за ловом рыбы, атаман пригласил нас на завтрак в большую войлочную кибитку. Мы начали со свежей, только что вынутой из осетра икры. Эту божественную еду можно получить лишь на месте лова. За завтраком было поднято много тостов за бравых уральцев. Мы возвращались в Уральск с тяжелой головой, чтобы передохнуть, так как вечером были приглашены любезным хозяином на бал, где он хотел показать дорогим гостям прекрасных казачек в национальных костюмах. И действительно, приехав в 8 часов вечера на бал, мы увидели целый букет красивых, стройных, пышаших здоровьем девушек в великолепных костюмах, которые так идут молодежи: тесно прилегающие корсажи из красного или голубого шелка, шитые серебряными блестками, широкие муслиновые рукава, подчеркивавшие красоту рук. Вечерние платья также были частично отделаны серебряными блестками. Женщины были в русских головных уборах (повойниках), в то время как девушек украшали две тяжелые косы с бантами. Уральские девушки–казачки — красивый тип людей. Они в основном темно–русые; у них темные, пылкие, живые глаза, но с чужими и незнакомыми девушки исключительно робки и пугливы.

После нескольких часов танцев, во время которых исполнялись веселые национальные пляски и кадрили, был подан обильный ужин. Затем мы сердечно распрощались с нашим любезным хозяином, а также со штаб– и обер–офицерами, которые нас так гостеприимно приняли, и на следующий день вернулись в Оренбург, увозя с собой приятное воспоминание о гостеприимном и жизнерадостном Уральске.


См. также: Уральское казачество (Л. Л. Масянов).

  • 1
Прекрасный пост от тамыра akim_trefilov, прокомментировавшего опубликованный отрывок:


наша tartaria magna

Так как самая интересная пора подледного лова на реке Урал наступает в декабре, атаман оренбургских казаков граф Цуккато пригласил меня совершить с ним поездку в Уральск - вспоминает И.Ф. Бларамберг свою поездку на багренье осетров в декабре 1843 года.

Где ж еще встретиться полковнику Иоганну Бларамбергу, родившемуся в 1800 году во Франкфурте-на-Майне и ставшему на русской службе Иваном Федоровичем и генерал-лейтенантом, с потомком древнего венецианского рода, италиянским графом и наказным казачьим атаманом Николаем Егорычем, как не на рыбной ловле в войлочной кибитке на льду Урала в глубине заснеженных азиатских степей? ))

Кстати, сын Ивана Федоровича - композитор Павел Бларамберг, автор оперы "Тушино" по пьесе А.Н. Островского (кто-нибудь слышал? это патриотическое про Смуту! Сам товарищ Луначарский в 1925 г. в "Известиях", кстати говоря, настаивал на возобновлении этой оперы наравне с "Маккавеями" Рубинштейна!).
Также к числу его удач относят и музыкальную картину для мужского хора и оркестра «На Волге» (1880). Умер, однакож, в Ницце в 1907 г.

А Цукато завершал свою службу уже не по казачьей, а по жандармской части.

http://akim-trefilov.livejournal.com/144467.html

Спасибо. Всегда было интересно узнать что-нибудь про казаков.

про подлёдную охоту прочел впервые, спасибо!

С удовольствием читаю ваш ЖЖ. Очень интересно. Даю читать и своему ребенку, дополнением к учебнику истории

Спасибо, приятно это слышать!

отец про это дело рассказывал, спасибо за пост!
"Они это багренье начинали всегда с одного рубежа и вся эта масса людей скатывалась к устью Урала. Занятие это было продолжительное до одного месяца. А денег зарабатывали много и на жизнь и на справу и на гостинцы"

Уральский козак

(Anonymous)
К сожалению сейчас город Уральск, находится во владении тех самых киргизов, которых козаки не пускали к левому берегу и рыбы практически не осталось из-за неграмотного подхода к гидр ресурсам, там экологическая катострофа. Русло реки Урал не чистят, Россия не пускает воду заполняя свои водохранилища, в связи с этим реку можно перейти в любом практически месте. Браконьера во достигло таких масштабов, что рыба не поднимается выше Гурьева. К сожалению местным ханам нет до этого никакого дела и если ситуация не изменится в ближайшем будущем рыба Урала, впрочем как и река станут историей. Я родился вырос и живу в Уральске в связи с этим проблема мне знакома не по наслышке. Сегодня видя нашу реку и дурного к ней отношения слезы наворачивтся на глаза.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account