January 10th, 2013

TurkOff

Английские офицеры в Средней Азии

Е. П. Ковалевский. Английские офицеры в Средней Азии // Ковалевский Е. П. Странствователь по суше и морям. — СПб., 1843.
  
Чарльз Стоддарт (1806—1842) и Артур Конолли (1807—1842)

Около этого времени несколько офицеров английской, королевской и ост-индской, службы проникли в Среднюю Азию, Collapse ) Все эти люди имели сведения друг о друге через туземцев; положение, общее всем им, заставляло принимать участие одного в судьбе другого; случалось даже, что вещи, отнятые туземцами у одного, выручались другим и служили ему грустным напоминанием прошедшего и зловещим знамением будущего. Впоследствии некоторые из этих людей сошлись, и двое из них только для того, чтобы умереть вместе под ножом убийц. Collapse )


Джеймс Аббот (1807—1896)

Капитан артиллерии Ост-Индской компании, Аббот, был послан с поручениями Мек-Натена в Хиву; там он был по временам честим, по временам в подозрении у покойного хана, и наконец, когда русская военная экспедиция, действовавшая против Хивы, уже была на обратном пути в Оренбург, Аббот пустился туда же, через Усть-Урт. На пути, еще у южных предгорий Усть-Урта, он попался в плен к киргизскому батырю Исету. Collapse ) Аббот был ограблен, избит, изранен; сопровождавшие его афганцы были разобраны киргизами по рукам; жизнь Аббота висела на волоске, но подоспевшие вовремя туркмены, охранению которых он был поручен хивинским ханом, выручили его и проводили в наше Новоалександровское укрепление, находящееся, как известно, на восточном берегу Каспийского моря; отсюда, больного, привезли его в Оренбург, где он оправился и через Петербург возвратился в Лондон.

Киргизы, бывшие с Исетом, рассказывают странный случай, которому, может быть, Аббот обязан жизнию. Исет счел его за русского, принадлежавшего к тому военному отряду, который наказывал окрестных киргизов за разные их преступления; боясь, в свою очередь, заслуженной кары, он всячески допытывался через афганцев, понимавших по-татарски, где находился в это время отряд. Collapse )

Замечательно, что Шакспир, отправляясь в путь из Герата, рассчитывал, кажется, на гостеприимство туркменов, и удивляется, что не нашел его; это гостеприимство кочевых народов существует только в воображении поэтов; еще оно соблюдается в отношении к магометанам единоверцам; но посещение чужеверца уже считается осквернением юрты и должно быть окуплено или дорогою платою, или, нередко, пленом непрошенного гостя. Все, что в этом случае иногда соблюдается, так это то, что дадут путнику выйти из кибитки и удалиться несколько из аулов, за которыми он уже делается добычею первого догнавшего его, и большею частию того, в юрте которого недавно сидел. Collapse )