rus_turk (rus_turk) wrote,
rus_turk
rus_turk

Categories:

В Чугучаке

Дневные записки переводчика Путимцева, в проезд его от Бухтарминской крепости до китайского города Кульжи и обратно в 1811 году // Сибирский вестник. 1819. Ч. 7.

Чугучак из числа пограничных китайских городов. Он обнесен четыреугольною каменною стеною, имеющею в длину 150 сажен, по углам коей находятся четыресторонние башни, в 5 сажен вышины. В каждой башне с двух наружных сторон и одной внутренней сделано по три четыреугольных окна, в которых вставлены бумажные оконницы, закрывающиеся деревянными ставнями. На другой внутренней стороне каждой башни находится большая дверь для входа в башню. Такие же башни построены над воротами, кои находятся посредине каждого бока стены и служат для въезду в город и выезду из него. Все сии башни и стены складены из необожженного кирпича, на глине, которою выбелены и снаружи. Внешняя крутизна стены в 2½ сажени. На половине высоты ее сделаны спуски для стока воды из внутренних укреплений. Вкруг стены спереди проведен небольшой канал, в которой пущена вода из двух речек, и самый город стоит также над речкою. Подле городской стены с внутренней и наружной стороны растут ветловые деревья, нарочно посаженые; а с западной и восточной стороны в смежности со стеною находятся небольшие селения или форштаты.

В городе Чугучаке до 600 домов, не исключая казарм, построенных для жительства военным людям. Большая часть жителей сего города суть временные, присылаемые из разных китайских городов для промыслов, как то: купцы, ремесленники и земледельцы; а постоянными жителями должно считать почти одних только сосланных туда из внутренности Китая за преступления, которые занимаются казенным землепашеством. Купцы ведут торговлю большею частию с китайскими же подданными: с калмыками, торгоутами и улютами. Оба последние народа также калмыцкого племени, и первый из них перебежал в Китай с наших волжских степей, а улюты древнейшие обитатели тамошней страны. Все они вообще кочующие и причитаются к сословию воинскому; но китайское правительство, по–видимому, не имеет к ним большой доверенности: ибо для содержания стражи на границе посылаются ежегодно из Кульджи по 1500 человек.

Жители Чугучака, кроме своего места, имеют торговые сношения с внутренними китайскими городами Хобдо и Урумжи, из коих до первого от Чугучака ходу на волах или лошадях с тяжестью, везомою на телегах, 20 дней, а до последнего 12 дней. В Хобдо торговля незначительна, но Урумжи считается по фабрикам своим и промышленности из числа богатых китайских городов. Жители Чугучака могли бы получать наилучшие товары из Урумжи, если бы такие же в состоянии были и сами доставлять туда, подобно жителям городов Аша, Кашкара, Хотана и Яркента, производящих там важной торг. Не только в Чугучаке, но и в Кульже, довольно обширном городе, не продается даже хорошего чаю, а единственно только так называемый кирпичный, байховый и жулан в банках.

Земледелие в Чугучаке и окрестностях его находится в выгодном положении; особенно изобильно там пшеницы, проса и ячменю, но сарачинского пшена почти совсем не родится, а достают его из Кульжи и Урумжи. Садоводство же посредственное: из плодоносных дерев видели путешественники только лишь яблони. Огородных овощей много, всего же более табаку.

Скотоводство в Чугучаке очень порядочное, наиболее же у торгоутов и улютов, из коих первые охотно меняют скот на серебро, а последние стараются о разведении его и увеличении стад. Г. Путимцев заключает из сего, что улюты имеют какие–нибудь особливые замыслы.

<…>

25 июля, поутру очень рано, прислан был к г. Путимцеву переводчик с приказанием, чтобы он сам и все принадлежащие к его каравану люди тотчас ехали с ним вместе в канцелярию, что ими и исполнено. По прибытии туда правитель дел приказал 4 человекам из своих подчиненных вести всех их за город. Сия новость удивила путешественников, и сколько ни старались они от препровождающих их узнать причину тому, но сии ответствовали, что и сами не знают. Нечего было делать, как только повиноваться приказанию.

По прибытии к назначенному месту, увидели они большое стечение народа, выстроенный ряд служащих и одного человека, везомого на двуколесной телеге, со связанными назад руками и за препровождением 12 человек с обнаженными саблями. Перед ним ехали три члена канцелярии, один за другим, с 12 же человеками рядовых: средний имел в руках некоторый знак, наподобие жезла, закрытый чехлом, на коем находилась китайская надпись. Привезенный человек был преступник, ведомый на казнь.




Двое из сопровождающих его членов вошли в приготовленную палатку и поставили помянутый знак на стол, и когда преступник приведен был на место казни, то некоторый чиновник, подъехав к нашим путешественникам, объявил им чрез переводчика следующее: «Его Богдо–Ханово Величество нам повелел (показывая на преступника и стоящую тут лошадь) отсечь ему голову за кражу этой лошади; о каковом правосудии Богдо–Хана и строгости законов, когда будете в своих пределах, объявите, с тем, что не только наш верноподданный, но кто б ни был, за подобное преступление накажется без всякого уважения». Преступник в то время упал на колени; глаза его перевязаны были тоненькою бечевкою, за концы коей держали два палача, третий же имел в руках меч, которым нанес ему по шее удар; но как в один раз головы отсечь не мог, то двое товарищей, повалив его на землю, отрезали голову ножом. Сей несчастный имел не более 18 лет.

В ночи с 28 на 29 число принадлежащие к каравану работники поймали калмыка, который имел намерение украсть лошадей, бывших ночью всегда на привязи, что путешественникам строго от караульных было приказываемо. Сих караульных должно было находиться при них: два класных чиновника, один из манджур, другой из чауаров, и 7 человек рядовых, но из оных кроме двух калмыков никого в ту ночь не случилось. Назавтре же поутру, очень рано, приехали все они к ним вместе с переводчиком и просили, чтобы о случившемся происшествии не доводить до сведения канцелярии, а отдать вора им, которого они накажут. Г. Путимцев, призвав бывших при нем ташкентцев, объявил им просьбу сих чиновников, на что они и согласились, калмыка отдали, и он в присутствии же их наказан был плетью 50 ударами.

Tags: .Китайская Джунгария, 1801-1825, Кульджа/Инин, Урумчи/Урумци/Дихуа, Чугучак/Тарбагатай/Дачэн/Тачэн, города/укрепления, история китая, казни/пытки, китайцы/хань, маньчжуры/сибо/солоны, монголы западные/калмыки, правосудие, путимцев (путинцев) андрей терентьевич
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments