?

Log in

No account? Create an account
Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


Previous Entry Поделиться Next Entry
Казаки и гуркхи. Встреча экспедиций Громбчевского и Янгхазбенда в Каракоруме (1889)
TurkOff
rus_turk
1) Gen. Bronisław Grąbczewski. W pustyniach Raskemu i Tybetu. — Warszawa, 1925.
2) В. Попель-Махницки, А. Плескачиньски, К. Плескачиньска. Неоткрытые путешествия: Дневник экспедиции Бронислава Громбчевского 1889—1890 как свидетельство истории и элемент культурного наследия. — Poznań, 2017.

К ранее публиковавшимся в Фэйс-Буке снимкам добавлен текст из дневника путешественника и новые фото из обеих книг.


Эскорт экспедиций: оренбургские казаки с русской стороны, гуркхи с английской



Семеро оренбургских казаков, эскорт экспедиции. «Собравшись вместе, отряд наш состоял, кроме меня, из следующих лиц: препаратор-коллектор г. Леопольд Конрад, мирза (секретарь для персидской корреспонденции) Фазылбек Касымбеков, 7 чел. казаков 6-го полка Оренбургского казачьего войска: урядник Федор Козякаев, приказный Никита Демин, казаки: Филипп Есаулов, [Артем] Матвеев, [Лука] Алексеев, Мартын Калинков, [Иван] Воронин»



Урядник Федор Козякаев, командир казачьей команды. Снимок сделан после завершения экспедиции



10 октября 1889 г.

Вторник 10/22

Дневка.

Приготовлял почту. Лошадей отправил в Этекузды. Там много камышу, и они не будут голодать. Утром из Дангнын-Баша пришел киргиз и пригнал 5 ш. баранов для английской экспедиции. Он сообщил, что английская экспедиция должна находиться очень близко.

Действительно, к вечеру приехал киргиз из экспедиции за яками, которые были оставлены на Каинды. Он сообщил, что англичанин ночует на уроч. Сары-Камыш, несколько выше устья р. Илы-су в Раскем-Дарье. Я написал письмо, в котором сообщал, что экспедиция стоит по Каинды, и выразил удовольствие по поводу свидания.

11 октября 1889 г.

Среда 11/23

Дневка.

Вчера ночью получил ответное письмо на персидском языке, в котором кап. Янхузбенд выражает свою радость по поводу свидания с таким «всем известным, как солнце, путешественником».

Около 12 ч. дня он приехал с киргизским начальником из Сары-Кии и переводчиком.

Капитан Янхузбенд, на вид молодой человек лет 27, небольшого роста, презентабельной наружности, с интеллигентным энергичным лицом. Вся фигура произвела сразу приятное впечатление, а более близкое знакомство выказало в нем интеллигентного, хорошо воспитанного человека. Капит. Янхузбенд, офицер драгунского гвардейского полка, совершил уже путешествие по Манджурии и из Пекина, через Яркенд в Кашмир. Я пригласил его обедать и в приятной беседе провел несколько часов. Г. Янхузбенд едет из Тибета, через Каракорум, Шахидулла-Ходжу, вдоль по Раскему (причем им осмотрены притоки Сурковат и Упранг до Шимшала) и направляется через Минг-Тепе в Канджут. Он рассказывал, что канджутский хан принял покровительство Англии и субсидию, обещал не производить набегов и согласился на проведение телеграфа до Балтита. Вьюки английской экспедиции тянутся длинною вереницею на верблюдах, яках и лошадях. Экспедицию сопровождает 7 чел. солдат, несколько бальти, аргун, киргизов и афганцев. Солдаты вступили в парадной форме, имели бравый, молодцеватый вид и, несмотря на маленький рост, производили внушительное впечатление. Команды произносились капральным ун.-оф. на английском языке. Повороты и движения производились стройно, отчетливо, даже несколько резко. Солдаты принадлежат к племени гурка.




Гуркхи из конвоя экспедиции капитана Янгхазбенда


Съемку производит солдат-афганец. Палатка офицерская большая, на подбое из синей материи, плотно прилегает к земле; высока, так что свободно можно стоять во весь рост, а величиною — что кроме кровати и стола свободно могло поместиться 5—6 стульев. Солдаты вооружены скорострельными ружьями Генри-Мартини. Патронная сумка через плечо без гнезд для патронов. За плечами небольшой холщовый мешок. На поясной портупее — штык. Большой кривой нож, два маленьких и проч. Мундиры темно-зеленые с черными воротниками и обшлагами, на голове крошечные кивера, держащиеся на верхушке лба, кокетливо надетые набекрень и подхваченные ремнем, надетым ниже губы. На ногах штиблеты и ботинки.

Солдаты говорят на языке урду, самом распространенном в Индии. Двое из них участвовали в афганской кампании и украшены орденами и большими медалями. Палатки меньше по размерам офицерской, но больше наших тантабри; тоже двойные, на подбое синей материи; палки из бамбука. Прислуга экспедиции — балти (тибетцы) и аргун (помесь: отец или мать тибетцы, а другая сторона — яркендцы). Они хорошо знают тибетское и тюркское наречие. В большинстве случаев — мусульмане.

Г. Янхузбенд говорит на языке урду и, кроме того, немного знает французский язык, так что мы кое-как понимали друг друга. Он подтвердил слух о занятии Шахидулла-Ходжи и постройке укреплений. Относительно намерения проехать через Ладак-Танкси в Полу выразил сомнение, пропустят ли англичане, и советовал написать письмо к резиденту английскому в Кашмире полковнику Nisbet, причем обязательно взялся доставить письмо. О поездке моей он знал хорошо, причем показал мне письмо г. Венюкова, напечатанное в «Изв. Лонд. геогр. общ.» за март с. г. [‘Explorations in the Pamir’ and ‘Further News of Grombchevski’s Expedition across the Pamir // Proceedings of the Royal Geographical Society, London, 11—3, March 1889, p. 171—174], в котором г. Венюков сообщает все подробности о моей поездке, заимствованные из моего письма к нему. Это большая нескромность со стороны М. И. Венюкова, так как я просил не предавать гласности содержание письма.

Г. Янхузбенд тоже уже около 4-х месяцев в путешествии и, по-видимому, обрадовался встрече с европейцами. Мы условились завтрашний день провести вместе и познакомиться ближе.

12 октября 1889 г.

Четверг 12/24

Дневка.

Янхузбенд рассказывал много об английской армии в Индии. Он в чине капитана получает 700 рупий в месяц. Пенсии в Индии поразительные: за 10 лет правительство выдает единовременное пособие в количестве 12 т. рублей (1200 ф. стерл.). Пособие это увеличивается постепенно за каждый лишний год до 15 лет, когда уже начинается выдача пенсии. За 25 лет — пенсия в 7 т. р.; за 38 лет 11 т. р. Отпуски: каждый год — 3 месяца, каждые 3 года — 1 год, причем в течение 3-х месяцев содержание по окладу в Индии, а дальше по окладу в Англии. Для производства в капитаны требуется известная выслуга лет и экзамен, между прочим, из французского. Для производства в майоры — между прочим, знание местного языка (урду). Это очень полезно. Если бы у нас обязательно было знание местных наречий, мы бы тоже знали лучше край. Кроме того, за знание языков правительство выдает известную премию.

Нотович ужасный проходимец. Он в Кандахаре не был, а среди офицеров выдавал себя за офицера русской армии, ходил со многими орденами и роздал до 700 карточек в униформе русского офицера.

Англичане, живущие на Дангнын-Баше, тоже офицеры. Cumberland — майор, Bower — лейтенант.

В английской армии следующие чины: су-лейтенант, лейтенант, капитан, майор, колёнель-лейтенант, колёнель и 3 генеральских. В кавалерийском полку — 4 эскадрона; в пехотном два батальона и 16 рот.

Он показывал подарки для канджутского хана, состоящие преимущественно из кашмирских тканей и вышивок.

Г. Янхузбенд сегодня производил определения широты и долготы на том же месте, где и я. Интересно будет сравниться. Работы производились маленьким секстантом. Хронометры — плохие. Живет он очень скромно. Путешествует спартанцем.

Люди мои сегодня убили горного барана породы «папай». Я снял фотографию.






Сегодня один из тибетцев, часто посещавший далай-ламу (они произносят ляма-ляма, а суть верования, как у мусульман, «нет Бога, кроме Бога» — «Мони-Мони — Патьма-Хун»), рассказывал интересную легенду о возникновении религии и святости далай-ламы. В Тибет много лет тому назад прибыл из Ирана (Персии) благочестивый человек, по имени Мулла Муни. Он жил подаяниями и в ежедневных молитвах к Богу просил Его устроить жизнь так, чтобы никого не обижать, не пользоваться чужим имуществом и докончить свою жизнь так же благочестиво, как он ее начал. Поселился Мулла Муни на берегу большой реки, в стороне от человеческих поселений, и в те дни, когда он не получал подаяния от живущих по соседству людей, он питался тремя корешками моркови, которые ежедневно проплывали мимо него по реке. Мулла Муни мнил, что морковь посылает ему Бог за благочестивую жизнь, вполне довольствовался этим скудным пропитанием и ежечасно молил Бога, благодаря Его за заботу о доставлении ему пропитания.

Однажды Мулла Муни пошел вверх по течению реки. Шел он долго, сильно проголодался и устал, и сел близ одного забора в ожидании ежедневной подачки. Вдруг он увидел, что из забора полетела морковь в воду и поплыла вниз по течению реки. Вскоре через забор выброшена была в реку вторая морковь — и тоже последовала за первой. Удивленный Мулла Муни поднялся с места и потихоньку посмотрел через забор и увидел на огороде, засеянном морковью, молодую девушку, которая, держа в руках морковь, занималась онанизмом, и окончив — бросила морковь в воду. Он заговорил с нею и заставил ее сознаться, что она одержима несчастною слабостью, ежедневно занималась онанизмом и бросала в воду три моркови, употребляемые ею для этой цели.

Мулла Муни возмутился против Бога и в горячей речи высказал, что он жил всю жизнь благочестиво, что молился Богу усердно и вполне был уверен, что Бог посылает ему пропитание в награду за благочестие; на поверку же оказалось, что он питался морковью, которую выбрасывала молодая девушка. После этого он сказал, что нет Бога на свете, и основал новую религию. Последователи его поминают его имя и имя девушки, которая сохранила жизнь его (Фатима-хан). Гроб Мулла Муни находится в Хлассе, в отдельном каменном помещении, где он держится на воздухе.

Сегодня я написал письмо к резиденту Кашмира полковнику Nisbet, в котором просил исходатайствовать экспедиции разрешение пройти в Полу через Ладак и Танкси. Письмо со своим донесением отправил с нарочным г. Янхузбенд. Письмо было обшито в красную шелковую материю, что, по словам отправителя, заставит кашмирские власти доставить письмо экстренно. Ответ может получиться дней через 40 обратно в Шахидулле, куда я и подойду в это время. От содержания ответа будет зависеть дальнейшее направление экспедиции. Посланец отправляется завтра утром и в 7 дней будет в Шахидулла-Ходже.

13 октября 1889 г.

Пятница 13/25

Сегодня капитан Янхузбенд отправился в дальнейший путь, а я остался еще на сегодняшний день, чтобы еще раз произвести определение географических координат. Таким образом, на урочище Каиндыны-аузы произведены астрономические наблюдения 3 раза мною (два раза ныне и раз в прошлом году) и капитаном Янхузбендом.

Перед выступлением английской экспедиции я снял фотографию с группы соединенных экспедиций, представлявшую живой интерес вследствие смешения до 20 народностей и всевозможных костюмов. В группе приняли участие представители следующих народностей: русские, поляк, немец, англичанин, афганец, индийские племена: гурка, пэтхан и беджауры; тибетцы: ладоки, балти и аргун (помесь: отец тибетец, мать кашгарка и наоборот); дарвазец, сарт, таджик, кашгарец и киргизы родов кесак, теит, найман и хыдырша. Чистое смешение народов на фоне навьюченных верблюдов, яков и лошадей.

Перед отъездом капит. Янхузбенд выстроил свой конвой, который в честь экспедиции русской салютовал на плечо и на караул. Я ответил тою же военною вежливостью, причем невольно краснел за неловкие движения наших иррегулярных казаков, отвыкших за поход от приемов.

Мы простились, обещав продолжать знакомство, поддерживая переписку.

Английская экспедиция, а в особенности бравый начальник ее, оставили самое лучшее впечатление.





Представители 21 народности на встрече экспедиций капитана Громбчевского и капитана Янгхазбенда

  • 1
Более свежая встреча казаков и гуркхов состоялась несколько позже - в 1919, когда гуркхи охраняли английскую эскадру в Порт-Петровске

и в последующие годы — в Персии

  • 1