Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


Previous Entry Поделиться Next Entry
Наставление к стрельбе из ружей
Врщ1
rus_turk
Н. С. Лыкошин. Наставление к стрельбе из ружей / Полжизни в Туркестане. Очерки быта туземного населения. — Петроград, 1916.

Всякий, кто интересуется тем, что читают наши среднеазиатские туземцы и в особенности низшее сословие («аами»), неученые сарты и киргизы, неминуемо должен будет обратить внимание на известные под названием «рисаля» рукописи, никогда не бывшие в печати, но тем не менее имеющие обширный круг читателей, убежденных в истине сообщаемых сведений. «Рисаля» представляют собой исторические очерки каждого из известных туземцам промыслов и ремесел, начиная с земледелия и кончая гаданьем на овечьем помете.

Вслед за изложением высоким слогом преемственной передачи данного искусства с библейских времен и после славословий пророку, «рисаля» обыкновенно указывает, как следует заниматься известным ремеслом, перечисляет те нравственные достоинства, какие должен развить в себе ремесленник для того, чтобы призвать благословение Божие и религиозные возгласы, какими ремесленнику надлежит, для успеха дела, сопровождать каждый прием своей работы. […]

В ожидании приведения в систему всех обращающихся среди туземцев «рисаля», я позволю себе познакомить читателей с содержанием одной из них. Это «Наставление к стрельбе из ружей», случайно найденное одним моим знакомым в Старом Маргелане.


Упражнение в стрельбе тайфурчей. Иллюстрация к статье «Наша среднеазиатская граница. Кашгар» (Нива, 1879, №15)

Рукопись в 1/32 писчего листа бумаги, писана красивым книжным почерком, причем наиболее важные фразы, преимущественно со ссылками на коран, вписаны киноварью. На первой странице вверху написано имя какого–то Рахматбая, по–видимому, собственника копии, а не автора наставления.

«Наставление к стрельбе из ружей следующее», — так начинается рукопись, но затем, как будто вспомнив о похвальном обычае всех мусульманских книжников, автор спешит вписать общепринятую фразу: «Во имя Бога милостивого, милосердного» и приводит витиеватое славословие Мухаммаду, его потомкам и сподвижникам, как это вообще принято перед началом всякого сочинения.

«Знай и имей в виду, — говорится далее, — что имам Джафар–Садык свидетельствует, что во времена пророка (милость Божия и мир ему) было очень много кяфиров [неверных] и они оказались сильнее приверженцев пророка (мир ему). Пророк, придя в место молитвы, исполнил два ракаата молитвы „шукурана”, закончил молитву земным поклоном и с почтением произнес: „О сущий Бог! Дай мне какое–нибудь оружие, чтобы я мог напугать этих кяфиров”. Сейчас же явился архангел Гавриил и сказал: „Тага, Мага, Мухаммадо!” [Это обращение к Мухаммаду ангелов встречается и в других рукописях, обращающихся среди народа, но никто из ученых туземцев не может объяснить, откуда взялся обычай передавать так обращение ангелов к пророку. Большинство мулл считают слова эти праздными и принятыми только для проповедей неученых уличных проповедников (вач из маддаз), сами же они, при рассказе об исторических событиях, воздерживаются от таких выражений]. Бог приветствует тебя, а ангелы непрестанно славословят. Оставь горе, не бойся!” В это время архангел Гавриил получил от Бога повеление из Сыдратыль–Мунтага (на четвертом небе) принести кусок железа. Когда железо было принесено, Бог повелел пророку Давиду изготовить ружье. [По «рисаля» кузнецов, пророк Давид считается родоначальником и изобретателем кузнечного ремесла; поэтому–то, вероятно, здесь на него и сделана ссылка. Около сел. Сайрама указывают на развалины кузницы Давида]. Богатырь Исмаил–и–Руми сделал ложе, вместе с пророком Давидом они подняли ружье и выстрелили в сторону кяфиров. Кяфиры, увидя это, обратились в бегство».

Далее изложение наставления переходит в катехизическую форму — излагаются вопросы, предлагаемые изучающему правила стрельбы, и приводятся ответы на эти вопросы. Вопросы эти относятся не столько к правилам обращения с оружием, сколько к необходимости при каждом приеме обращения с ружьем исполнять пунктуально мелочные религиозные формальности. Этим духом ханжества и боязни прогневать Бога проникнуты все «рисаля».

«Если спросят тебя, от кого пошла стрельба из ружей, отвечай: от пахлавана Исмаила–Руми. От него это искусство перешло к пахлавану Уста–Саиду–Карши, от него к пахлавану Уста–Азизу–Тавризи, от него к пахлавану Уста–Аазаму–Кермани, потом к пахлавану Низамиддину–Багдади, от него к пахлавану Ахмаду–Замджи и от Хазрета–Ахмада–Замджи искусство стрелять из ружей распространилось по всему миру; раньше же стреляли из пушек».

«У Хазрета–Ахмада–Замджи было триста учеников; все они, один за другим, подошли к одному холму, взяли по три горсти земли, принесли сосуд с водой, положили туда своими благословенными руками землю и, произнеся „Во имя Бога милостивого, милосердного”, замесили. Они помолились и их молитва была угодна Богу. Пахлаван Хазрет–Ахмад–Замджи совершил такое чудо, что все триста святых пришли к полному соглашению относительно правил стрельбы из ружья».

«Если спросят тебя, какой стих корана следует читать в то время, когда стрелок берет в руки ружье, отвечай: „Бог всесовершенное существо и владыка мира”».

«Если спросят тебя, что следует произносить в то время, когда стрелок закидывает ружье за спину, отвечай: „Бог Царь Царей, слава Богу, нет Бога, кроме Аллаха, и Бог велик”».

«Когда спросят тебя, какой стих корана следует произносить во время привязывания к поясу пороховницы, отвечай: „Помощь от Бога, он радует верных”».

Из дальнейших вопросов и ответов видно, что во время заряжения ружья порохом следует сказать: «Глухой, немой, слепой, они не возвращаются», а при вкладывании в ствол пули надлежит произнести: «Проглатывающий гнев, прощающий людей».

Во время прибивания заряда шомполом стрелок должен, по–видимому, тоже что–то произнести, но в рукописи, по недосмотру переписчика, нужный стих корана пропущен.

При зажимании фитиля в курок полагается возгласить: «О Знающий, о Щедрый!» Когда стрелок кладет палец на нижний конец куркового стержня, чтобы зажечь порох на затравке, он должен произнести: «О скрывающий вину, грех прощающий, наказующий».

Нажимание спуска должно сопровождаться словами: «Бог любит добронравных».

Во время производства выстрела пулей надлежит произнести: «О, сущий Бог, это свет!»

Разматывая нитки для фитиля, стрелок должен сказать: «О откликающийся, о дарящий раньше, чем мы просим, прошу тебя, о прощающий».

Затем, в форме ответа на вопрос, какими качествами должен обладать стрелок, перечисляются 12 нравственных достоинств, в ряду которых видное место занимают различные оттенки щедрости, доброжелательство, воздержность, вежливость, а в заключение от стрелка требуется, чтобы он был заботлив по отношению к сиротам (уж не к детям ли убитых стрелком), чтобы все добытое ружьем «тратил на пути Божием» и, наконец, в точности исполнял все религиозные свои обязанности, как со стороны догматической, так и в отношении религиозных обрядностей (таат).

Далее изложено, что стрелковое дело зиждется на 5 повелениях и 4 опорах. Здесь к перечисленным уже нравственным качествам, обязательным для стрелка, добавляется гостеприимство, раскаяние, молитва, пост и милосердие.

На вопрос, что составляет правую сторону ружья и что левую, стрелок отвечает, что правая сторона — это хороший нрав стрелка, а левая — открывание света [вряд ли будет ошибкой предположить, что здесь подразумевается просвещение светом Ислама иноверцев].

Судя по ответу на вопрос, когда стрелок бывает ближе всего к Богу, вся «рисаля» написана, по–видимому, для того, чтобы указать, какое душеспасительное назначение приобретает ружье в руках правоверного мусульманина. «Пусть стрелок обратится в сторону кяфиров и выстрелит один раз пулей. Независимо от того, попадет или не попадет пуля в цель, стрелок, в момент выстрела, соединится с Богом».

Далее следуют угрозы всем, кто не поверит в истину изложенного в наставлении; выражения столь сильны, что даже и на мало религиозного человека способны навести ужас: «Если стрелок не будет знать этого наставления, или, переписав, не будет хранить при себе, или же, наконец, не будет каждую пятницу заставлять кого–либо читать себе вслух это наставление, а сам внимательно слушать, то его постигнут следующие наказания: что бы он ни съел из мяса застреленных из ружья птиц и животных, все это для него будет поганее свиного мяса, а день страшного суда лицо такого человека будет черным [непрощенные грешники предстанут на страшном на страшном суде с черными лицами], ангелы проклянут такого человека в день страшного суда и ввергнут его в ад, называемый геенной, потому что из этого мира в тот он перейдет без веры».

Вновь повторив, что надо делать с наставлением к стрельбе из ружей, автор заключает: «А кто этого исполнять не будет, тот неверный [кяфир], а жена его разведена с ним».

«Тот же, кто будет иметь при себе это наставление, или, заставив кого–нибудь читать, будет внимательно слушать, тот по милости Божией будет искать и найдет наставников и учителей и войдет в рай».

Для обеспечения почета всем владеющим ружьем «рисаля» утверждает за ними право служить в почетных должностях и воспрещает поручение таким людям исполнения службы низкой, пешей, как выражено в наставлении, очевидно в смысле неподходящей, позорной, в отличие от почетной конной службы.

«Если кто–либо, кроме хана или бека, вздумает послать перед собой исполнять пешую службу стрелка, последовавшего этому наставлению или имеющего при себе переписанную копию такого наставления, то сам он кяфир, а жена его разведена с ним; умирая, пусть он уходит из этого мира без веры. По шариату такому человеку, чтобы очистить его от грехов, следует дать 80 ударов „дарра” [плеть из четырех сшитых ремней с короткой ручкой]».

«Бог лучше знает, в чем истина», — заключает автор свое наставление и заканчивает «рисаля» молитвой к Богу о прощении грехов всех читателей, обращающих свои взоры на его стрелковое наставление, и всех мусульман.

Строгий тон и угрозы наставления, видимо, угнетающим образом подействовали на душу переписчика этой «рисаля». Не потому ли он вслед за наставлением поместил двустишие:

Не осталось в мире влюбленных и возлюбленных!
Где теперь Пируз, Фархад, Ширин, Ляйли и Маджун?..

Мало того, вслед за стихами идут наставления с заклинаниями и с заговорами, как испросить у Бога рождение чад бездетным, но желающим иметь детей, и как наверняка приворожить к себе жестокую красавицу посредством вынимания ее «следа» и различных «верных» заговоров.

Рукопись эта, судя по засаленному виду ее, перебывала во многих руках, может быть с благоговением, а уж наверно без критики читавших «рисаля» туземцев. Обращение в среде туземцев подобных наставлений подтверждает необходимость предоставить им возможность читать на родном языке такие книги, которые вносили бы что–нибудь новое в среду, склонную к усвоению знаний, но лишенную возможности удовлетворить этой потребности.


  • 1
Отлично, спасибо :)

причём частями тайфурчи в армии Якуб-бека были насильно обращенные в ислам китайские военные поселенцы Синьцзяна. Эти отряды тайфурчи описывал будущий генерал Куропаткин, тогда русский посланник к Якуб-беку. Эти ружья и приёмы стрельбы не менялись с XVII века и даже в собственно Китае к тому времени уже устарели, хотя еще применялись при осадах городов.
Как я понимаю - хотя тут уже не компетентен - в Средней Азии такие ружья тогда именовались "карамультуками".
При этом в кавалерии Якуб-бека в те годы уже были отдельные образцы магазинных винтовок Спенсера.

Да, преимущественно дунгане.
Их описывал не только Куропаткин, но и Боулджер в книге "The life of Yakoob Beg".

Журнал "Нива" приводит пересказ оттуда:

“Тайфурчи” называлась у эмира часть его войск, обученная по старой китайской методе и в нее, по большей части, были завербованы дунгане и кашгарские китайцы. Вооружение их состояло из (приблизительно около 2-х метрового) ружья, поддерживавшегося особой подставкой. Некоторые из этих допотопных орудий были фитильные, другие же – кремневые. Заряжались они пулей в полторы до трех унций весом. При каждой подобной фузее находились 4 солдата, под командой одного унтер-офицера, двое из них, во время выстрела, держали ружье на своих плечах (см. рисунок); било одно довольно далеко – шагов на 200, или 250.

спасибо!

в собственно Китае такой аппарат упоминается, например, при обороне повстанцами Шанхая в 1853 г.
Стреляло такое ружье 50-граммовыми пулями или крупной дробью.
Само ружье имело калибр 20-25 мм и длину около 2 метров.

В армии Якуб-бека расчёт каждого тайфура составляли 4 человека, «тайфурчи» – один с фитилём, пулями и пороховыми зарядами в деревянных «патронах», другой с длинным шомполом и двое для переноски тяжелого «карамультука». Двое последних составляли и живой «станок» при стрельбе из тайфура: один клал конец ствола на плечо, плотно притягивая его к себе жгутом материи, второй обеими руками прижимал сверху к плечу шейку приклада. Перед выстрелом эти двое несколько сгибали спины и выставляли вперед правые ноги. В это время третий боец должен был прицелиться и при помощи тлеющего фитиля в руке произвести выстрел.
Из-за примитивности запального устройства и большого количества применяемого при стрельбе из тайфура некачественного пороха, по свидетельству очевидцев, лица многих стрелков-«тайфурчи» носили следы пороховых ожогов и многие из них при выстреле отворачивали лица. Понятно, что меткость такой стрельбы оставляла желать лучшего (впрочем, встречаются отдельные свидетельства и о весьма искусной стрельбе из таких ружей). Иногда при выстреле отдача сбивала живой «станок» с ног. К тайфуру полагались специальные сошки, с них также могла вестись стрельба, но куда чаще они использовались только при парадных построениях войск.

По старым цинским уставам линию "тайфурчи" прикрывали лучники и копейщики. Якуб-бек несколько «модернизировал» эту тактику, и тайфурчи стали прикрывать стрелки из более легких фитильных ружей – по одному на тайфур. Каждые пять тайфур составляли отделение во главе с командиром, также вооруженным легким фитильным ружьём. Сами расчёты тайфур из пленных маньчжур и китайцев никакого другого оружия, кроме своего тяжелого «карамультука» не имели.
А вот китайцы при обороне Шанхая использовали для прикрытия "тайфурчи" бойцов с купленными у купцов из США револьверами Кольта!

Нашел еще картинку про тайфурчи.
(Gordon. The Roof of the World. 1876)



Картинка не открывается. Можете перезалить? Очень надо! Насколько помню, это была колоритная фотография в коричневатых тонах, или ошибаюсь и она есть где-то в другом посте? Пробовал искать по словам карамультук, тайфур, но находится только этот пост.

Возможно, это?
http://rus-turk.livejournal.com/211120.html

Edited at 2014-04-22 11:49 am (UTC)

Увы нет, эта картинка мне известна. Не могу отделаться от ощущения, что ту видел у вас, возможно ошибаюсь, извините.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account