?

Log in

No account? Create an account
Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


Entries by category: наука

Медресе Туркестанского края (2/3)
Врщ1
rus_turk
Ф. М. Керенский. Наши учебные заведения: Медресе Туркестанского края // Журнал Министерства народного просвещения, 1892, № 11.

Часть 1. Часть 2. Часть 3.

II.

Бухара, Самарканд и Коканд унаследовали славную когда-то мусульманскую образованность в периоде ее замирания. Дальнейшая деятельность среднеазиатских книжников сосредоточилась на схоластической разработке мусульманского богословия и права, или, другими словами, на изучении шариата. На шариат стали смотреть как на науку всех наук; верили и верят, что только в шариате можно найти ответы на все запросы человеческого ума. Зная, что представителям науки ислам отводит высокое место, и что, по учению хадис, сборника канонических преданий, даже сон ученого лучше, чем намаз неуча, что для Бога нет человека угоднее того ученого, который в жизни своей руководится наукой, — жрецы шариатской казуистики возмнили и мнят о себе как об истинных мудрецах, которые украшают землю подобно тому, как звезды украшают небо. Шариат, с жалкими обрывками искалеченной древнегреческой науки и письменности, составляет материал учебной программы среднеазиатского медресе. Ученые ислама убеждены в том, что шариатом исчерпана вся глубина знаний, закончены все поиски за истиной, что ни одно учение его не должно подлежать ни критике, ни исследованию. Истинный мусульманин не может иметь никаких сомнений. А кто сомневается, тот «да будет неверным, то есть отступником от веры; жена его да будет разведена с ним». По шариату, отступничество от веры одного из супругов влечет за собою расторжение брака.




Учебные программы медресе в их главных чертах были выработаны около десяти веков тому назад, причем и книги, употребляемые в качестве учебников, не много новее программ.

Читать дальше. +3 фотоCollapse )

А. Н. Плещеев: письма из Ак-Мечети (1/2)
TurkSold
rus_turk
М. В. Дандевиль.  А. Н. Плещеев в форте Перовском (по неизданным письмам) // Минувшие годы, 1908, № 10.

ОКОНЧАНИЕ

Замешанный по делу Петрашевского, вместе с другими, в том числе и с Ф. М. Достоевским, к смертной казни был приговорен и Алексей Николаевич Плещеев. По конфирмации он был помилован и сослан на военную службу в рядовые 25-го декабря 1849 года в Уральск. В 1852 году отсюда он был переведен рядовым же в Оренбург ...Collapse ) В начале 1854 г. ...Collapse ) Плещеев со «степной» отправился в бывшее кокандское укрепление Ак-Мечеть, переименованное в «форт Перовский». ...Collapse ) Письма Плещеева из Ак-Мечети за 1854—1856 гг. дают яркую картину жизни русской колонии на границе наших владений, лицом к лицу с кочующими и воюющими инородцами. Эта картина имеет и общее историческое и бытовое, и специальное значение в истории политической ссылки. Много раз описывались различные места окраин и Сибири, бывавшие местами ссылки, но Ак-Мечеть — несомненно, одно из своеобразнейших ссылочных мест.

Что же такое Ак-Мечеть, переименованная в ф. Перовский, и связанная с ней укрепленная Сырдарьинская линия?

Она являлась заменой бывшей Оренбургской укрепленной линии. По мере нашего движения вглубь Средней Азии мы переносили и линии укреплений, выставляли отдельные форпосты, имея намерение в будущем сомкнуть их с линией, идущей из Сибири. Это намерение в 60-х годах привело, как известно, к завоеванию Туркестана, Ташкента, и позднее — большей части Хивинского, Бухарского и всего Кокандского ханств. ...Collapse )


Ак-Мечеть. Вид бреши после взрыва мины и штурма 28 июля 1853 года

В военном отношении ф. Перовский никуда не годился, а он был одним из самых больших во всей линии укреплений. Правда, нашими противниками являлись разбойничьи шайки туркмен, киргиз, да нестройные, плохо вооруженные скопища кокандцев — противники, не страшные для любого регулярного войска. А как жилось в этой бывшей кокандской крепости, об этом узнаем из следующего огромного письма Плещеева.

...Collapse ) Вы спрашиваете, как переносили время недостатка в провианте? — Весьма спокойно. Офицеры не чувствовали этого недостатка — у всех был запас выписанных из Оренбурга припасов, а солдаты, хлебая теплую воду с мясом, отшучивались и желали, чтобы коканцы пришли поскорей да принесли с собой опять побольше провианту. Тогда, говорят, халатов понавезли, а теперь крупы привезут. Дух у здешнего батальона чудный, Виктор Дезидерьевич, и, право, напрасно говорят, что они распущены. Буйство их состоит в том, что они не дадут какому-нибудь прапорщику или даже пьяному капитану понапрасну над ними тешиться, т. е. бить и драть тех из них, которые имеют кресты и нашивки… так ведь это и высшее начальство не дозволяет. А какие у них офицеры-то были в прошлом году! Ведь эти господа публично друг друга по роже хлестали, в грязи пьяные валялись, воровали друг у друга деньги; ведь это позор был! Какое же имеет право требовать повиновения и уважения к себе офицер, подающий сам пример всякой гадости. Слава Богу, этих офицеров теперь нет, ...Collapse )


Хивинский поход графа Перовского (6)
TurkOff
rus_turk
И. Н. Захарьин (Якунин). Граф В. А. Перовский и его зимний поход в Хиву. — СПб., 1901.

Другие части: [1], [2], [3], [4], [5], [6], [7], [8].

Хивинский поход 1839—1840 гг. Горные 10-фунтовые
единороги на вьюках.



X.

Неожиданное прибытие Перовского и принятие начальства над колонною. — Прекращение жестокостей и польских сходбищ. — Окончательная гибель верблюдов. — Всеобщее уныние. — Прибытие в Чушка-Куль. — Празднование «победы» у хивинцев.

Читать главу XCollapse )

XI.

Что сталось с ротою поручика Ерофеева. — Усиление в Чушка-Кульском укреплении дизентерии, цинги и скорбута. — Общий упадок духа. — Исследование подъема на Усть-Урт. — Приказ об обратном выступлении. — Зимний оазис. — Озеро с камышом. — Дороговизна топлива. — Тайна молодых топографов. — Что значил чай. — Брошенный киргизами бульон. — Срытие Чушка-Кульского укрепления и взрыв землянок. — Фейерверк. — Обратный поход до Эмбы. — Выносливость уральских казаков. — Страшный буран, застигший колонну.

Читать главу XICollapse )

XII.

Возвращение на Эмбу. — Сага-Темирский лагерь. — Официальные и действительные потери. — Две новые неудачи. — Железная натура генерала Перовского. — Новая услуга султана Айчувакова. — Отъезд генералов Перовского и Молоствова в Оренбург. — Прибытие в Оренбург. — Поляки и татары и их ожидания. — Ходатайство о новой экспедиции в Хиву. — Отказ из Петербурга. — Выступление отряда с Эмбы. — Взрыв укрепления.

Читать главу XIICollapse )


Воспоминания Саттар-хана, муфтия, казия и русского чиновника
Врщ1
rus_turk
Воспоминания Саттар-хана Абдул-Гафарова // Н. П. Остроумов. Сарты. Этнографические материалы. — Ташкент, 1896.

ЧитатьCollapse ) В должности муфтия я оставался до взятия Чимкента русскими в 1280 г. хиджры (1864 г.). Я знал свой шариат, жил и рассуждал так же, как и все мусульманские ученые. Я думал, что таким образом пройдет вся моя жизнь; но вот, по воле Божией, пришли русские войска и взяли наш город. Тогда в городе было до 10 тысяч войска и 43 пушки; при войске находился главнокомандующий Мирза-Ахмад, и мы мало опасались угрожавшего нам нападения со стороны небольшого русского отряда, тем более что в ожидании нападения русских городская стена была возобновлена и окружена глубоким и широким рвом, а артиллерией заведывали два опытные афганца. ДальшеCollapse )


Ташкент. Медресе Кокельташ, построенное Барак-ханом.

...Collapse ) я стал жить в своем доме и продолжал отправлять обязанности муфтия. Так прожил я года три, думая и чувствуя по-прежнему. Хотя Ташкент был взят уже русскими в 1865 г., но нас не оставляла еще надежда на помощь бухарского амира, в силу которого мы сильно верили. Мы думали, что если Музаффар-хан напишет только письмо русскому генералу, то он тотчас же оставит нашу страну и удалится с своим войском. Но надежда наша не сбылась: русские остались в Ташкенте. Несмотря на это, у меня не было еще сознания необходимости сближаться с русскими, хотя я видел постоянно русских в Чимкенте. Тогда отдельного русского квартала в Чимкенте еще не было, и потому русские офицеры и солдаты жили на квартирах у сартов; но мы мало интересовались ими и мало знали о них. Сведения мои о русских ограничивались только рассказами других сартов, что русские не едят лошадиного мяса, а едят свинину; что вместо нашей бузы они употребляют свой особый напиток; что они любят больше всего пельмени и что во время принятия пищи употребляют какие-то страшные железные крючки, называемые вилками… Но вот наконец я случайно познакомился с одним офицером из русского войска, мусульманином, артиллеристом Еникеевым, и с того времени мои мысли о русских начали постепенно изменяться. ...Collapse ) он рассказывал мне о жизни русских и о разных других народах, а также сообщал мне разные научные сведения. Сначала рассказы его смущали меня, а потом мало-помалу я начал соглашаться с ним, что жить в отчужденности от русского народа нельзя. Я успокоился, когда подумал, что сам Бог послал русских завоевать наш край, потому что все в мире делается по Божию определению. Читать дальше. +11 фотоCollapse )


Н. А. Северцов: Зоолог в плену у кокандцев. 2/5
Val
rus_turk
Н. А. Северцов. Месяц плена у коканцев. — СПб., 1860.

Другие части: [1], [2], [3], [4], [5].

В. М. Васнецов. Киргиз верхом.

ЧитатьCollapse ) всадник на вид не уступал коню, стройный, с правильным выразительным лицом, с радостью удачного набега во взгляде быстрых черных глаз, и в платье, не портившем его наружности, а щеголевато скроенном по росту и стану, что у киргизов и коканцев величайшая редкость: только на Дащане и видел. Подтянутый шелковым поясом, коричневый из тонкого сукна халат не был засален, а только в пыли, хотя и поношенный; даже видневшаяся из-под него рубашка почти чистая!!

И откуда взялась такая опрятность у киргиза?!

Я представлял печальный контраст с этим красивым наездником и ехал едва держась на седле от усталости, весь покрытый запекшейся кровью с пылью: и лицо, и платье, и шляпа. Но я чувствовал только усталость, а не стыд быть трофеем разбойника; мои раны, из которых кровь еще сочилась, хотя и не капала уже на дорогу, объясняли и оправдывали плен. ДальшеCollapse )

...Collapse ) к нам двум присоединилась еще спутница, жена Дащана, красивая молодая женщина и, судя по взглядам и ужимкам, кокетка порядочная. Она была бела и румяна, с черными быстрыми глазами, правильными чертами и европейским окладом лица; на ее костюм я не обратил особенного внимания; кажется, женский общекиргизский, т. е. халат и шаровары, как у мужчин, и только на голове женский убор, белый платок, намотанный в виде высокого цилиндра. Волос однако она не прятала, как вообще делают киргизки, и они выказывались из–под головного убора, черные, густые, шелковистые, старательно причесанные. Несмотря на неизящность киргизского женского наряда, видно было, что эта женщина занимается своей наружностью. Верхом ехала очень ловко, но по–мужски, как все киргизки, то рядом с нами, то пускалась вперед и потом опять поджидала. Подъезжала более ко мне, заговаривала, по–киргизски, с немногими русскими словами; помню, что она мне сказывала, что у них весело, женщин много, особенно в Туркестане, что женщины хороши (джаксы), при чем она кивала головой и лукаво улыбалась, придавая этим двусмысленное выражение похвале своих землячек, а ехавший с нами старик хмурился. ДальшеCollapse )