?

Log in

No account? Create an account
Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


Entries by category: природа

Воспоминания о Киргизской степи (4/4)
Val
rus_turk
Ф. Ц.   Воспоминания о Киргизской степи // Лучи: журнал для девиц, издаваемый Александрою Ишимовою. 1854, т. 9, № 1, 2.

Часть 1. Часть 2. Часть 3.




Через несколько дней я собрался на Капал, что позволяли мне поправившиеся силы и что было тем для меня приятнее, что полевые работы казаков уже начинались: сенокос оканчивался и начиналась жатва. После обеда я приказал заложить тройку в мой тарантас, уложил все необходимое для меня на несколько дней и полетел в Капальскую станицу — единственную во всем Семиречье на протяжении 500 верст.

Читать дальшеCollapse )

Наконец явственно обрисовались серые точки зданий капальских. Мы подвигались к ним все ближе и ближе. Сенокосный луг вдоль дороги к селению отделен изгородью для предохранения его от потравы скотом. Вот и застава с рядом чистеньких рубленых домиков; некоторые из них еще не покрыты. Крепость, возвышаясь над селением, придает картине особенный вид, радующий русское сердце тем, что и среди пустыни твердо и грозно стала русская жизнь, и заранее думаешь о будущности славного пограничного города. Весело взглянуть на 400 новеньких домиков, правильно расположенных по прекрасной долине в виду гор и степи, где четыре года назад не было и следа человеческого бытия. Теперь же здесь кипит жизнь: вот казаки возят строевой лес на длинных роспусках и лошадка рысцой тащит под горку огромные деревья, где стучит топор и ладится русская изба; в огороде казачка в пестром платье с звонкой песней на алых устах ухаживает за овощами. А тут раскинут табор возчиков провиянта с линии и юрты киргизов, близ которых стоят в кружок связанные оседланные бегунцы и навьюченные верблюды.

Я приказал себя везти к приставу Большой орды, с которым познакомился еще в О*. Проехав около самого вала крепости, мы спустились к оврагу и остановились у ворот маленького домика. Во дворе стояла большая юрта, около которой расположились два оборванные киргиза, держав повода лошадей под пестрыми чепраками. Серебро и бирюза блистали на уборе около простой веревочки, заменявшей арчак или повод, — чисто киргизская роскошь! «Видно, гости у моего приятеля», — подумал я и вошел. И действительно, после первых объятий П* [М. Д. Перемышльский, будущий основатель Верного. — rus-turk.] познакомил меня с султаном Сюком-Аблайханом, стариком почтенным; ему было далеко за 80 лет, но лицо его было свежо; длинная седая борода его покоилась на груди, украшенной золотою медалью с портретом Императора Александра, и другая — ныне благополучно царствующего Государя, за услуги и верность престолу, которыми султан славился издавна в орде.

Читать дальшеCollapse )

Воспоминания о Киргизской степи (3/4)
Val
rus_turk
Ф. Ц.   Воспоминания о Киргизской степи // Лучи: журнал для девиц, издаваемый Александрою Ишимовою. 1854, т. 9, № 1, 2.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4.




К половине июля здоровье мое поправилось; я собрался сделать поездку верхом в горы на кочевку султана Камбара, который приезжал на Арасан несколько раз просить меня к себе. Репутация этого дикаря была не совсем чиста: он считался батырем, т. е. удальцом в частых несправедливых набегах, которыми сделал себе киргизскую славу и состояние в орде. С поселением казаков на Капале Камбар присмирел; следуя азиатской политике, был осторожен, вкрадчив и услужлив перед русскими. Он и мне беспрестанно предлагал свои услуги; я нанимал у него корову для молока и покупал баранов для стола — следовательно, не мог отказаться посетить его, да и притом мне любопытно было видеть этого батыря в его семье.

Читать дальшеCollapse )

Лишь только я подъехал к султанской большой белой юрте и занес ногу из стремени, как показался в ее дверях хозяин ее — султан Камбар. Я соскочил и подал ему руку, которую он принял обеими своими руками и прижал к груди своей. Через казака, служившего мне переводчиком, спросил я о здоровье султана.

Казак, знающий все степные приличия, передал мой вопрос полным обычным киргизским изречением:

— Здоров ли твой скот, твоя душа, жена, дети и прочая мелочь?

— Пасиба, блакадору! А твой здорова? — сказал Камбар, обращаясь с поклонами прямо ко мне и стараясь говорить по-русски. — Торока суда не устал? Вот мой дом; ты козаин, ми слука твой! — повторял он, кланяясь и поддерживая войлочные двери юрты, в которую мы вместе вошли.

Читать дальшеCollapse )

Кочеток, или Сибирская Швейцария
Врщ1
rus_turk
В. Л. Дедлов. Панорама Сибири: (Путевые заметки). — СПб., 1900.



ЧитатьCollapse ) Одна из диковинок Сибири, которую будут ездить смотреть, это — Кокчетавский уезд Акмолинской области, который народ окрестил именем Кочетка. Это — маленькая горная страна, выросшая среди необозримой Киргизской степи, со всеми горными принадлежностями: горами, хребтами, скалами, водопадами, лесами на горах и цветущими горными долинами. Это так удивительно, среди гор так уютно, тут такое обилие, сравнительно с соседней сухой и безлесной степью, воды и леса, что мужик, раз увидавший Кочеток, начинает им бредить, а самые привольные местечки вроде какого-то Тычка, каких-то Крестов, какой-то Османки гремят по всей Сибири. И не сразу в силах мужик примириться с мыслью, что нельзя занять весь Кочеток, что часть его принадлежит казакам, часть нужна киргизам, и только третья часть свободна, да и та уже занята ранее прибывшими счастливцами. Когда мужик в этом убеждается, он имеет вид пробудившегося от сладкого сна.

В Кочеток едут из Петропавловска, тоже уездного города Акмолинской области, лежащего на Сибирской железной дороге, в пятистах верстах от Урала. Тут, в ясный солнечный день мы оставляем вагон, пересаживаемся в тарантас, — и нас принимает в себя степь, Ишимская степь, величественная и безграничная. ДальшеCollapse )


У Алатавского хребта (1/3)
TurkOff
rus_turk
А. К. Гейнс. Дневник 1865 года. Путешествие по Киргизским степям // Собрание литературных трудов А. К. Гейнса. Том I. — СПб., 1897.

Часть 2. Часть 3.



ЧитатьCollapse ) По мере приближения к Или местность становится более и более песчаною и солонцоватою. Пески идут вперемежку с солонцами. Езда по ним скучна и утомительна. За несколько сот сажен от реки почва густо заросла розовою акацией и джигдою… Гутковский говорил мне, что здесь еще в 1851 году он видел целые леса урюков, яблочных деревьев и проч.; все это теперь срублено казаками. Это настоящие вандалы, и с более вандальскими ухватками, чем киргизы. Последние никогда не рубят леса, вероятно, наученные горьким опытом, что значит безлесная степь. Казаков же угрозы в будущем не пугают. Хватило бы на наш век, а дети пусть делают как знают. ДальшеCollapse )

5-го ноября. При въезде в укрепление Верное можно видеть оставшийся целым огромный развесистый тополь по самой середине укрепления. Это дерево уцелело благодаря воспоминаниям лиц, бывших в экспедиции 1850 года. Мне Гутковский, командир экспедиционного отряда, рассказывал так это дело. Бывший пристав Большой орды, Врангель, доносил много раз генерал-губернатору Западной Сибири, Горчакову, о необходимости двинуться за реку Или. ДальшеCollapse )

Кстати, о станицах, через которые мы проезжали — Верное, Софьина и Надеждина. Талгарская станица называется так у всех русских и инородцев, но официально ее величают Софьина станица. Иссыкская называется Надеждина, как Верное — название совершенно неупотребительное — заменило первоначальное название станицы Алматинской. Гасфордт, перекрестивший таким образом русские поселения, был женат на трех женах. Их имена: Вера, Любовь и Надежда. Он хотел их обессмертить, назвать их именами три большие поселения русских у Алатау. ДальшеCollapse )


Озеро Иссык-Куль и его северный берег
Врщ1
rus_turk
П. А. Дьячков. Озеро Иссык-Куль и его северный берег. (Из поездки в 1897 г.) // Известия Туркестанского отдела ИРГО. Том I, выпуск I. 1898.

В. В. Верещагин. Озеро Иссык-Куль вечером. 1869—1870


ЧитатьCollapse ) Нельзя ответить прямо на вопрос, что такое представляет Сазановское, да и вообще русские поселки иссык-кульского берега: малороссийские или великорусские села? Дома бревенчатые, часто даже с тесовыми крышами, но обмазанные глиной, как малороссийские хаты. Говор разный, обычаи тоже, заметно значительное стремление к обособленности. В особенности одиноко стоит чувашенин, играющий роль представителя какой-то низшей расы. Только за последнее время, и то как редкость, стали заключаться брачные союзы между всеми частями населения. Рознь эта особенно выразительна на мирских сходках, где в беспорядочном шуме споров сталкиваются эти крайне разнородные элементы. Но можно с уверенностью сказать, что время сгладит эти особенности, причем главным нивелирующим орудием, без сомнения, является успешно действующая сельская школа (число окончивших в этом году было 5 человек). В подрастающем поколении уже слабо проглядывает племенное и местное различие: чувашский язык исчезает, и великорусский говор поглощает даже малороссийский. ДальшеCollapse )


Таук: Из записной книжки разведчика. VIII
TurkOff
rus_turk
Н. Н. Каразин. Таук. (Из записной книжки разведчика).

Глава I. Глава II. Глава III. Глава IV. Глава V. Глава VI. Глава VII. Глава VIII. Глава IX. Глава X. Глава XI.

VIII. За чужим добром

Долго ли мы спали, тот ли еще день тянулся, или другой начался, — сказать трудно: часы мои, на беду, остановились. Проснулись мы в совершенном мраке: костер потух; мы снова зажгли огонь и отправились на разведки. Я чувствовал себя бодрым и сильным, только голодным до крайней степени.

Читать дальшеCollapse )

Очерки Заилийского края и Причуйской страны (2/3)
Врщ1
rus_turk
М. И. Венюков. Очерки Заилийского края и Причуйской страны // Записки Императорского Русского географического общества. 1861, кн. 4.

Часть 1. Часть 2. Часть 3.

Дикокаменной орды манап Байназар Турумтаев.
Рис. А. Померанцева. 1851



V. Переход чрез Алатау. Чу. Неудачная стычка

ЧитатьCollapse )

VI. Географические подробности о Чу и ее долине

ЧитатьCollapse )

VII. Несколько слов о землях по ту сторону Чу

ЧитатьCollapse )

Четыре месяца в Киргизской степи (4/7)
TurkOff
rus_turk
[П. К. Услар]. Четыре месяца в Киргизской степи // Отечественные записки, 1848, № 10.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6. Часть 7.

Н. Н. Каразин. Встреча с кабаном


ЧитатьCollapse ) по всему полю рассыпаны были наши отрядные киргизы, которых тщетно старались мы заставить следовать в каком-нибудь порядке. Многие из них ехали в небольших кучках, и ядром каждой из этих кучек служил какой-нибудь краснобай, привлекавший к себе слушателей или повествованием о своих собственных приключениях, которым никто не верил, или сказками, которым вообще все верили очень добродушно. Героем этих сказок обыкновенно бывал какой-нибудь балван [Исковерканное персидское слово «пегливан», что значит «богатырь». Этим совершенно объясняется: «и тебе Тмутораканский блъван», которое казалось темным для многих комментаторов «Слова о полку Игоревом».], одаренный необычайною силою и воюющий с волшебным миром. Но не все киргизы поддавались привлекательности рассказов; многие заранее уже пугались мысли о встрече с неприятелем и благоразумно вертелись около пушек, как бы стараясь обеспечить для себя их благорасположение и защиту от опасности во время боя. Нельзя представить себе, с каким почтительным трепетом смотрят киргизы на артиллерию. Им кажется, что пушки обладают беспредельным разрушительным могуществом, и едва ли не признают они их существами разумными. В деле, обыкновенно все киргизы, находящиеся при отряде, начинают толпиться около пушек. Им кажется, что всего безопаснее быть вблизи этих могучих союзниц, и с трудом можно отогнать богатырей даже от дула заряженных орудий. ДальшеCollapse )


По Внутренней орде и Астраханской губернии. I. Внутренняя Киргиз-Кайсацкая орда (3/3)
GorSor
rus_turk
А. Терещенко. Следы Дешт-Кипчака и Внутренняя Киргиз-Кайсацкая орда // Москвитянин, 1853, т. 6, № 22.

I. Внутренняя Киргиз-Кайсацкая орда. Часть 1. Часть 2. Часть 3.
II. Улус Хошотский, или Хошоутовский.
III. Астрахань.

Киргиз. По рис. Л. Вульфа (Kaiserlich Russische Soldaten. Wien: J. Cappi, um 1815)


При виде удальства и наездничества киргиз-кайсаков, приходит на мысль: не от кайсаков ли получили проименование казаки? Спрашиваешь киргиз-кайсака: «Кто ты?» — «Киргиз». — «А еще?» — «Казак». — Он никак не назовет себя кайсаком, русские же называют его корсак. Такое переиначивание имени дает повод думать, что наши казаки суть по названию те же кайсаки. Пишут, что первые казаки явились в Малороссии в половине XIII века, когда Бату, уничтожив Киев, был причиною, что жители бежали из него, поселились у порогов днепровских и проименовались запорожцами. Известно, что в Грузии были цихи (кайсаки) еще до Р. X.; что они селились по всей Скифии, по рекам Днестру, Дону и Днепру; что однородцы их именовались по разным местностям различно; что кайсаки легко могли смешаться с запорожскими поселенцами и передать им свое имя. ДальшеCollapse ) Переиначиваний же имен народных так много, что можно бы написать об них книги. Нередко укоризненные названия обращались в племенные, родовые. Не прибегая к указаниям на историю народов, довольно сказать, что имя малороссиян, в наше время, может послужить тому доказательством. Издеваясь над ними, говорят: «Вот идет хохол», или: «Эй, хохол! поди сюда» [хохол значит по-малороссийски длинный чуб]. Так назвать малоросса настоящего — он обидится, между тем в Саратовской и Астраханской губерниях «хохол» сделалось как бы достоянием родовым. В этих местах я спрашивал иногда нарочито у малороссиянина: «Кто ты такой?» — «Хохол». — «Кто ты родом?» — «Хохол». — «На каком языке говоришь со мною?» — «На хохлацком». — «Отчего же не говоришь по-малороссийски?» — «Я его не знаю». Одним словом, сколько я ни расспрашивал про нравы, обычаи, песни, все это называют хохлацким. Вот как изменяются племенные наименования! ДальшеCollapse )


Путешествие профессора Гебеля в степи Южной России (2/2)
Meyer
rus_turk
Ф. Гёбель. Обзор путешествия профессора Гебеля в степи Южной России в 1834 году // Журнал Министерства народного просвещения, 1835, № 6.

НАЧАЛО

Джангир, хан Внутренней Киргизской орды (1823—1845)


На расстоянии сорока верст от Елтонского озера к востоку, начинается область хана, и я немало был удивлен торжественным приветствием, которым на границе сих владений встретили меня его посланные. Сюда были отправлены: султан, старшина и секретарь хана, также его лейб-кучер, несколько простых киргизов и двадцать лошадей для моего приема и для сопровождения меня до жилища ханского. Вместе с тем принесена была мне в дар откормленная овца.

Лошади были скоро перепряжены, и диким бегом понеслись непривычные к упряжи животные, управляемые ударами плети ехавших подле верхом киргизов. Наши экипажи катились по степи, покрытой цветущими тюльпанами. Вечером, в 9 часов, прибыли мы к жилищу хана — деревянному дворцу, выстроенному со вкусом. Он был блистательно освещен; у дверей стояли слуги для моего приема; зять хана приветствовал меня и ввел в меблированные на европейский манер покои. Подали чай, кумыс и айран (кислое коровье молоко); после того вареные в сахаре плоды, и наконец в европейским вкусе приготовленный ужин, при чем, однако же, не обошлось без восточного пиллава и окорока конины.

На следующее утро имел я аудиенцию, при чем Его Высокостепенство (титул хана) принял меня с дружеским пожатием руки у дверей залы для аудиенций, коей пол был устлан персидскими коврами. Он подвел меня к софе, на которой и сел подле меня.

Читать дальшеCollapse )

Джордж Кеннан в Юго-Западной Сибири. 5. Катунские Альпы и Усть-Каменогорск
Val
rus_turk
Джордж Кеннан. Сибирь и ссылка. Том I. — СПб., 1906.

Предыдущие части: [Первые впечатления езды на почтовых]; [Омск и Семипалатинск]; [Встреча с политическими]; [По Алтайским горам].

ЧитатьCollapse ) Блек с Карелиным верхом проводили нас до парома, сердечно простились с нами, прося не забывать их, когда мы вернемся в «более свободную и счастливую страну», и долго еще, не сходя с лошадей, смотрели нам вслед, пока мы переправлялись на другой берег. А когда мы сошли с парома, они замахали нам платками, потом сняли шляпы и низко склонились, посылая нам немое «прости». Если эти строки будут прочитаны кем-либо из политических ссыльных ульбинских, пусть он знает, что «в более свободной и счастливой стране» мы не забыли наших ульбинских друзей, но часто думаем о них с самым искренним уважением и сердечной приязнью.



Город Усть-Каменогорск

В Усть-Каменогорск мы приехали еще до наступления сумерек и расположились на почтовой станции. Это небольшой городок, всего с 5.000 населения, состоящий из 600—800 домов, по большей части деревянных, расположенный на безлесной равнине на правом берегу Иртыша, как раз при впадении в него притока его Ульбы. В городке есть две-три русских церкви с яркоцветными куполами, две-три татарских мечети, острог, с четырех сторон обнесенный высоким земляным валом и высохшим рвом, с церковью и несколькими казенными зданиями. Мечети, муллы в белых тюрбанах, конные киргизы в высоких остроконечных шапках, утром и вечером заунывный крик муэззинов, вереницы верблюдов, медленно и торжественно шагающих по улицам с грузом, принесенным из Киргизских степей, — все это придает городу тот же восточный вид, как и в Семипалатинске; кажется, будто находишься в Северной Африке или Средней Азии, а не в Сибири. Дальше. +13 иллюстрацийCollapse )


Джордж Кеннан в Юго-Западной Сибири. 4. По Алтайским горам
Kenn
rus_turk
Джордж Кеннан. Сибирь и ссылка. Том I. — СПб., 1906.

Другие части: [Первые впечатления езды на почтовых]; [Омск и Семипалатинск]; [Встреча с политическими]; [По Алтайским горам]; [Катунские Альпы и Усть-Каменогорск].

Капитан Маевский (?) с женой в компании киргизов (казахов). Окрестности Алтайской станицы. Фото Дж. Кеннана и Дж. Фроста, 1885


По Алтайским горам

В субботу 18-го июля, осмотрев городскую тюрьму, добыв кое-какие сведения о здешних порядках, мы запаслись новой подорожной и на тройке почтовых выехали из Семипалатинска к Алтайским горам. Дикая альпийская область, которую нам предстояло исследовать, тянется вдоль границы Монголии верст на 350 к востоку от Семипалатинска и на 600 приблизительно к югу от Томска. Немецкие путешественники Финш и Брем в 1876 году дошли до конца ее, но высоких снежных вершин Катунских и Чуйских Альп на востоке от станции Алтай [Алтайской станицы. — rus_turk.] не видал никто из чужестранцев, да и из русских там бывали очень немногие. ДальшеCollapse )

Станция Алтай, или Котон-Карагай, как ее зовут киргизы, находится на высоте почти 3.500 футов в верхней части плодородной горной долины, известной под именем долины Бухтарма. Деревня расположена на небольшом плоском плато в 3—4 версты в поперечнике, обрамленном с севера грядою покрытых цветами холмов, а с юга — лесистым оврагом, через который течет небольшой приток Бухтармы. Главная улица деревушки идет параллельно оврагу, а на противоположном берегу оврага круто вздымаются кверху 3—4 величавых пика, крутые склоны которых до высоты 2—3 тысяч фут одеты лесом лиственниц, а выше — не тающим даже и летом покровом снегов. Даже деревня, простой казачий поселок из 7—8 изб, где расположен казачий пикет, с широкими чистыми улицами, с хорошенькой деревянной церковью, — даже эта деревушка радует глаз путешественника после бесплодных, знойных долин Иртыша. Дальше. +15 иллюстрацийCollapse )


Путешествие на озеро Балхаш и в Семиреченскую область (4/4)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский, хранитель Зоологического музея С.-Петербургского университета. Путешествие на озеро Балхаш и в Семиреченскую область // Записки Западно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества. Книжка VII, выпуск I. 1885.

Часть 1. Часть 2. Часть 3.

Окрестности Верного. 1880-е

ЧитатьCollapse ) 3-го сентября я отправился в Верный. Дорога идет все того же характера степью, по которой местами встречаются пашни. Целые обозы переселенцев попадаются на пути. Новоселы эти, идущие из разных губерний России, тянутся в уезды Семиреченской области; по дороге они питаются милостыней, приберегая последние гроши на первое обзаведение. ДальшеCollapse )

Верный типичный русский среднеазиатский город. Небольшие дома его, расположенные в правильные улицы, совершенно тонут в зелени огромных деревьев тополя, густо и в четыре ряда рассаженных вдоль улиц. Благодаря этому и в жаркое время здесь царствует прохлада. Несмотря на то, что город основан русскими, красивые сарты, киргизы, китайцы с их бабьим видом, дунганы и калмыки составляют преобладающее население и придают ему азиатский характер.

Из Верного потянулась длинная утомительная дорога в Россию. Вот Пишпек, Чимкент с его садами, Туркестан с его мусульманской святыней Азретом, Икан, обагренный кровью русских солдат и еще более сартов, вот Казалинск с его осетрами, Каракумские пески, Оренбург и наконец мокрый и тоску наводящий Петербург. ДальшеCollapse )

Глава IV. Звероловство и рыболовство
[В своем очерке мы не касаемся звероловства горной части Семиреченской области]

Материалом для этой главы послужили частью личные наблюдения и расспросы на месте, частью сведения, полученные нами из правлений уездов, примыкающих к Балхашу. ДальшеCollapse )

Глава V. Киргизы и киргизские названия некоторых животных и растений

В своем путешествии мы не занимались специально этнографическими исследованиями, и потому о местных инородцах можем сообщить только то немногое, что замечено нами по пути и что имеет местный интерес. ДальшеCollapse )


Путешествие на озеро Балхаш и в Семиреченскую область (3/4)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский, хранитель Зоологического музея С.-Петербургского университета. Путешествие на озеро Балхаш и в Семиреченскую область // Записки Западно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества. Книжка VII, выпуск I. 1885.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4.

Ст. Абакумовская (Семиреченская обл.)

Глава III

ЧитатьCollapse ) Кабан является самым обыкновенным зверем речной долины, в особенности он многочисленен в Камау, где по ночам приходит на киргизские пашни. Здесь же довольно обыкновенны тигры. Киргизы ставят на них капканы, но эти сооружения по большей части не соответствуют гигантской силе могучего зверя. Тигр разрушает ловушку и, как бы из желания мести, прячется где-нибудь поблизости и нападает на людей, пришедших за его шкурой. В результате — несколько задавленных людей и тигр, свободно гуляющий по необъятным камышам. Раны, наносимые этим зверем, ужасны: нам случалось видеть несколько человек, у которых в течение трех лет не закрывались на руках и ногах укусы тигра. Некоторым подспорьем в его пище служат бараны, лошади и иногда пастухи. Главным образом он охотится на кабанов, но не всегда решается напасть на старого секача. Здесь рассказывают не лишенный правдоподобия случай встречи этих зверей.

ДальшеCollapse ) Нередко вместо коня мне подводили рогатую скотину, острая спина которой была украшена седлом, но, верный русской неприязни к оседланной корове, я предпочитал садиться на верблюда, и нисколько не жалел об этом, так как на рысях его поступь мягче, чем у лошади. Зато при движении шагом путешественник испытывает невыносимую качку, и не надо удивляться, если непривычный будет страдать в песчаной пустыне морскою болезнью. Вечером, когда мы останавливались на ночлег, хозяин юрты резал барана или козленка, и целое общество гостей приходило поесть мяса и посмотреть на проезжих. Мне предлагалась обыкновенно голова и жирные, лучшие на киргизский вкус, куски; кости и вообще остатки раздавались женщинам. Большой любезностью у киргиз считается вкладывание куска мяса собственной рукой в рот другому. Этот нечистоплотный обычай практиковали и мои киргизы по отношению к хозяину юрты и пришедшим гостям. Мои верненские джигиты, неизвестные здешним жителям и окруженные ореолом загадочности, придаваемым всякому путешественнику, пользовались особым вниманием женщин, и не один лукавый взор черноокой дикарки был устремлен на них из-за спины мужа. После ужина они куда-то исчезали, возвращаясь очень поздно, и только звездное небо и высокий камыш ведали о том, как они проводят бессонные ночи. Когда в одно прекрасное утро мне стало известно, что ногам их грозит опасность быть переломанными, я запретил им эти эротические экскурсии, и они принуждены были довольствоваться пением серенад под аккомпанемент киргизской гитары в соседней юрте.


ОКОНЧАНИЕ


Путешествие на озеро Балхаш и в Семиреченскую область (1/4)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский, хранитель Зоологического музея С.-Петербургского университета. Путешествие на озеро Балхаш и в Семиреченскую область // Записки Западно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества. Книжка VII, выпуск I. 1885.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Балхаш и Иссык-Куль (Реклю, 1881)

Введение

Из всех местностей Туркестанского округа в том объеме, каким он был до учреждения Степного генерал-губернаторства, наименее известными в отношении природы оставались Балхаш и степи к нему примыкающие. Исследования этого озера, бывшие до сего времени, носят по преимуществу характер топографических работ. Между тем природа этого огромного среднеазиатского бассейна, в особенности его ихтиологическая фауна, представляют большой научный интерес. Рыбы, привозимые отсюда путешественниками Шренком, Пржевальским и Поляковым, оказывались по большей части новыми формами, специально свойственными Балхашскому водоему. Еще более разжигали интерес вопрос о пароходстве и темные слухи об успешном рыболовстве в озере.

Своеобразие среднеазиатской пустыни с ее стадами антилоп и куланов, дикая прелесть речных долин и необъятные камыши, порой оглашаемые пронзительным криком кабана, терзаемого тигром — таковы картины, которые рисовались воображению при представлении о Семиречье, манили на лоно девственной природы и окончательно побудили меня искать случая посетить эту страну. ДальшеCollapse )

Глава I

Запасшись в Омске и Семипалатинске всем, на что нельзя было рассчитывать дальше, 18-го марта я прибыл в Сергиопольскую станицу, где предстояло окончательно снарядиться в путешествие. Впереди лежала пустыня, на которой, если не считать почтовых пикетов по тракту, нет ни одного русского поселения, поэтому необходимо было запасаться провизией на несколько месяцев. ДальшеCollapse )


Долинами Чирчика и Ангрена. Селение Пскент
Врщ1
rus_turk
Е. Л. Марков. Россия в Средней Азии: Очерки путешествия по Закавказью, Туркмении, Бухаре, Самаркандской, Ташкентской и Ферганской областям, Каспийскому морю и Волге. — СПб., 1901.

Другие отрывки: [Путешествие из Баку в Асхабад], [Попутчица], [Текинский Севастополь], [В русском Асхабаде], [Из Асхабада в Мерв], [Мерв: на базарах и в крепости], [«Железная цепь»], [Мост через Амударью], [Пестрые халаты Бухары], [Самарканд: русский город и цитадель], [Тамерлановы Ворота, Джизак, Голодная степь], [Сардобы Голодной степи, Чиназ], [Покоритель Туркестана], [Визит к Мухиддин-ходже], [Долинами Чирчика и Ангрена. Селение Пскент], [Приближаясь к Ходженту. Мурза-Рабат], [Ходжент], [От Костакоза до Кокана], [Кокан, столица ханства], [Новый и Старый Маргелан], [Андижан. Недавнее прошлое Кокандского ханства], [Ош и его обитатели], [Тахт-и-Сулейман], [Подъем на Малый Алай], [У Курманджан-датхи], [Укрепление Гульча], [Киргизские женщины. Родовой быт киргиза], [Бесконечный сад].

ЧитатьCollapse ) Пскент расположен на маленькой возвышенности, которая островом своего рода разделяет надвое широкую низину Ахангрена. Тут много лавок, русские дома, русское училище; тут живет пристав и разное другое начальство; словом, это в некотором смысле административный центр округа. При кокандцах Пскент был настоящим городом, и, вероятно, даже городом очень древним. На это указывает самое имя его. Старинные города Туркестана обыкновенно носят это имя кента или кенда, то есть «города»: Таш-кент, Яр-кенд, Самар-кенд, Чим-кент, Ходж-кент и тому подобные.



Пскент. Фото из «Туркестанского альбома» (1871—1872)

Положение Пскента среди плодородной Ангренской равнины делает его естественным ключом для всей местной системы орошения, стало быть, своего рода хозяином местности. Базары его всегда очень оживленны. Но сегодня пятница, обычный еженедельный праздник мусульман, заменяющий им наше воскресенье, а кроме того, ураза. Поэтому нынешний базар обратился в настоящую ярмарку. Пестрота одежд невообразимая, истинно восточная. Ярко-полосатые халаты, красно-желтые, сине-зеленые, черно-белые, голубые и всякие иные халаты в огромных букетах, халаты, разведенные затейливыми узорами, — кишат на каждом шагу. Тут и киргизы, и сарты, но еще больше курама, особое несколько загадочное племя, по-видимому, помесь между сартами, таджиком и киргизом. Курама, собственно говоря, и значит — «помесь», «сброд». Курама главным образом населяет окрестности Ходжента и отчасти Ташкента, то есть те именно порубежные места между Коканом и Бухарою, между киргизами и сартами, где чаще всего происходило незаметное смешение рас.

Население какой-нибудь Курской и Воронежской губернии, не великорусское и не хохлацкое, а какое-то особое украинское, зародившееся точно так же на старом историческом рубеже между Москвою и Малороссиею, между Польшей и Русью, между вольною казацкою степью и царскими городами, — дает некоторое понятие о туркестанской кураме.

Дальше. +14 иллюстрацийCollapse )

Охота на лис
Drv
rus_turk
Поимка лисицы заснята Полем Надаром осенью 1890 года.



Еще парочкаCollapse )

Кочевья по Иссык-Кулю (1/3)
Врщ1
rus_turk
Н. Н. Каразин. Кочевья по Иссык-Кулю.
(Впервые опубликовано в № 1 журнала «Дело» за 1872 год под заглавием «Из Центральной Азии. Очерк первый»).

Другие части: [2], [3].

Гора Каскыр-тау. Иссык-Кульский край. С акварели Н. Каразина


В последних числах декабря я со своим слугою кара-киргизом выехал из г. Верного. Целью нашей поездки был аул Джиргаллы и, если позволит время, другие зимовки горных киргизов по Тупу, Джиргалле, Каскыр-Дарье и другим маленьким горным рекам, впадающим в озеро Иссык-Куль с юго-восточной стороны.

Дорога нам предстояла трудная, в местностях диких и совершенно ненаселенных; до ближайшего аула было по крайней мере три дня пути, и то если в один день делать не менее сорока или даже пятидесяти верст. Все необходимое для дороги надо было везти с собою, а так как мы ехали верхом, то пришлось значительно сократить кое-какие прихоти.

Прежде всего, надо было запастись хорошими лошадьми; в этом случае — купленная пара вполне удовлетворяла всем условиям горной утомительной дороги. Кони эти были сибирской мохнатой породы, никогда не знавшие теплой конюшни, вовсе не знакомые с попоной, значит, такие, которых не удивишь никакой вьюгой, никакими морозами, никакими дорожными лишениями. Впоследствии эти лошади блистательно поддержали заслуженную славу своей превосходной породы.

Костюм наш состоял из теплых полушубков, превосходно выдубленных, настоящих романовских, высоких сапог, надетых сверх толстых суконных чулок, и меховых высоких шапок; кроме того, были еще приторочены к седлам по паре мягких валяных сапогов для ночлегов и большие теплые одеяла из верблюжьей грубо выделанной шерсти. За седлом у моего киргиза был привязан мешок с провизией, заключавшейся в пуде изрезанного ломтями свежего мяса, нескольких фунтов сахару, небольшого количества чаю и двух или трех хлебов; спирт и две бутылки рому, тщательно зашитые в кошму, я взял к себе на седло, не решившись доверить слуге такую драгоценность. Действительно, натура моего спутника была такова, что он совершенно покойно прошел бы мимо целой кучи разбросанного золота, но не пропустил бы случая воспользоваться плохо стоящей бутылкой.

Читать дальшеCollapse )

Туркестан: Свет и тени русской колонизации (5/6)
Врщ1
rus_turk
В. П. Вощинин. Очерки нового Туркестана: Свет и тени русской колонизации. — СПб., 1914.

Другие главы: I, II, III, IV–V, VI–VII, VIII.

VI. Поселки предгорные

Еще в поселке Михайловском, когда я беседовал с старостой, мимо нас проскакала по улице самая настоящая европейская амазонка «со шлейфом» — молодая особа на дамском седле. При виде подобной «культуры» я был удивлен чрезвычайно, и получил объяснение, что это дочь местного немца — известного кругом пчеловода, живущего по ту сторону речки, к востоку верстах в двадцати.

Там, как оказывается, поселились и наши крестьяне, — без всякой за это доплаты, не в пример кугартским соседям, и даже бывший артист — Московской, как кажется, оперы…

Немец, крестьяне, актер, да еще в роли переселенца, — слишком заманчивая «комбинация колонизации», и, конечно, из селения Дмитриевского направляемся прямо туда. ДальшеCollapse )


«Самоволец» на Алексеевском

Многие, как, например, некий Макаров, завели хозяйства буквально помещичьи, включая сюда скотоводство, да еще и огромные пасеки, расположенные большею частью у озера. Каждый хутор — недурное имение с отличными данными почвы и климата. Конечно, только немногие сибирские переселенцы получают такие «имения», так как единственный здесь недостаток, к тому же и временный, — неудобство путей. ДальшеCollapse )

VII. У подножия снегового хребта

Близ усадебной оседлости переселенцев поселка Воздвиженского, при слиянии с Кара-Унгуром небольшой горной речки, расположено сартовское селение Чарвак, и с этим селением, между прочим, связана следующая местная легенда.

Где-то, когда-то, жил праведник. Своею примерною жизнью он до того угодил Всемогущему, что именно ему было дано поручение найти на земле самое красивое и удобное место для того, чтобы устроить там рай, в котором встречалась надобность. Долго бродил святой муж, и наконец дошел до Чарвака. Дальше. +10 фотоCollapse )


Наурусова яма
Врщ1
rus_turk
Н. Н. Каразин. Наурусова яма.



Пришлось мне пошататься с месяц по горам, вплотную подступающим к большому озеру Иссык-Кулю. Тогда вся эта местность нам не принадлежала и составляла для нас полную тайну. Сведения об этой стране мы имели исключительно расспросные, а потому весьма сбивчивые и противоречивые; все-таки, в конце концов, эти сведения сводились к тому, что страна эта очень дикая, населена народом тоже мало цивилизованным, каракиргизами, или, как их тогда, даже и в учебниках, величали — дикокаменными киргизами, занимающимися, преимущественно, охотою и разбоем и чуть-чуть хлебопашеством, где только выгадывалась, поблизости зимовок, удобная площадка земли. Природа, говорили, здесь необыкновенно величественна, хотя и очень мрачного характера. ДальшеCollapse )