?

Log in

No account? Create an account
Val

rus_turk


Русский Туркестан. История, люди, нравы.


Entries by category: путешествия

— Навигация. Указатель публикаций —
GorSor
rus_turk

Указатель публикацийCollapse )

Капитан Барбоскин (3/4)
TurkOff2
rus_turk
Н. Саларский. Капитан Барбоскин. (Рассказ) // Русское богатство: ежемесячный литературный и научный журнал. 1902, № 2, 3.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4.



X

Работа по стрельбе, отчетностям всякого рода, глазомеру, «сколачиванию роты» и т. д. кипела, и дни летели одни за другими. Прошло уже и 28 дней, а «ответ» не приходил. Барбоскин начинал волноваться и поеживаться; конечно, «была распутица, и почтовые лошади еще не поправились после зимней бескормицы»… Да и почта в Россию ходит неисправно, письмо могло пропасть, но ведь ему, Барбоскину, от этого не легче, он должен знать — дошло ли его письмо или нет? Ведь не может же быть, чтобы, получив его письмо, ему не ответили…

Читать дальшеCollapse )

Отпавшие провинции Китая: Монголия, Тибет, Туркестан (1936)
GorSor
rus_turk


+8 карточек «Chocolat Pupier»Collapse )

Еще карточки:
Русский Туркестан, Кавказ, Азиатская Турция, Иран, Афганистан, Ирак, Сирия. Ливан. Государство Алавитов, Палестина, Аравия.

На границе. Кяхта и Маймайчен (Учено-торговая экспедиция в Китай 1874-1875 гг.)
GorSor
rus_turk
П. Я. Пясецкий. Путешествие по Китаю в 1874—1875 гг. (через Сибирь, Монголию, Восточный, Средний и Северо-Западный Китай). Том I. — СПб., 1880.

Другие отрывки: По Монголии. Урга, Встреча с хутухтой, Хами, Возвращение в Россию. Зайсанский пост.


Ж. Легра. Кяхта. Гостиный двор. 1890-е (humus)


ЧитатьCollapse )

Наши пять экипажей въехали на просторный двор и остановились у крыльца дома кяхтинского купца Н. К. Соколова, который любезно предложил его к нашим услугам на время остановки в Кяхте. — Дом двухэтажный, просторный и благоустроенный. Тотчас разместились мы с нашими вещами по разным комнатам и намеревались приступить к одному из больших наслаждений в дороге — умыванию и переодеванию, чтоб потом идти скорее, за китайскую границу, знакомиться с май-май-чэнскими сынами Поднебесной империи; но не успели снять сюртуков, как в комнату, в которой я поместился с Матусовским, они сами вошли к нам в числе четырех. Подойдя к нам и приветствуя нас по-русски, они подали по очереди руку так обыкновенно и просто, как будто мы были их старыми приятелями и как будто они являлись к нам уже в сотый раз. Тотчас мы почувствовали сильный запах чесноку и опийного дыма; тем не менее, я очень обрадовался их посещению, потому что мне хотелось скорее увидать этих представителей интересного народа, и я принялся рассматривать их самих, их платье и обувь, даже с большею бесцеремонностью, чем они поступали с нами, потому что для них русские люди уже не были диковиной.

Началась беседа на русском языке, который здешние китайцы знают почти все, но этот язык до такой степени не похож на наш, что ему справедливо дали особое название «кяхтинского языка»: как только разговор перешел за пределы приветствий и самых обыкновенных фраз, так продолжение его оказалось невозможным, — требовался посредник, переводчик, чтоб продолжать беседу. Таким переводчиком служит обыкновенно кто-нибудь из русских, кяхтинских жителей. Вот для примера несколько образцов этого неприятного наречия, которым, к сожалению, говорят с китайцами все кяхтинцы.

ДальшеCollapse )

Ковалевский, Гасфорд, Валиханов
Val
rus_turk
И. Ф. Бабков. Воспоминания о моей службе в Западной Сибири. 1859—1875 г. Разграничение с Западным Китаем 1869 г. — СПб., 1912.


Ч. Ч. Валиханов. Автопортрет. Перо. 1856


ЧитатьCollapse )

Е. П. Ковалевский принадлежит к числу замечательных русских деятелей, ознаменовавших себя важными заслугами как на ученом, так и на административном поприщах. Изданием описаний предпринятых им путешествий во внутреннюю Африку, Черногорию и Китай он приобрел почетную известность талантливого писателя и знатока Востока. В 1847 г., по приглашению египетского вице-короля Мехмеда-Али, Е. П. Ковалевский, для исследования золотых россыпей, совершил экспедицию в Нубию, где доходил до местности Фатцогло на Голубом Ниле. В 1849 году, сопровождая членов нашей духовной миссии в Пекин, Е. П. Ковалевский содействовал своим влиянием, чтобы миссия следовала в Пекин в пределах Монголии по купеческому тракту, несравненно более удобному для переезда сравнительно с прежней дорогой через Аргалинские пески, по которым умышленно водили нашу миссию китайские чиновники, и притом каждый раз по разным направлениям, с целью ввести нас в заблуждение о прямом и кратчайшем пути, ведущем в Пекин через Монголию. В 1851 г. Е. П. Ковалевский заключил в Кульдже с уполномоченными китайского правительства известный Кульджинский трактат, по которому были открыты для русской торговли города Западного Китая Чугучак и Кульджа и учреждались в этих городах русские консульства. Удачным заключением этого трактата Е. П. Ковалевский как бы указал на неотложную необходимость прочная занятия нами Заилийского края и водворения в среде киргиз Большой и Дикокаменной орды надлежащего порядка и спокойствия, которые могли бы обеспечить беспрепятственное следование торговых караванов в пределы Западного Китая через земли, занятый сими киргизами. С этой точки зрения, Кульджинский трактат имеет важное значение не только в торговом, но и в политическом отношении, послужив энергическим побуждением к продолжению наступательного движения вглубь Средней Азии, начатого генералом князем Горчаковым, который был первым из генерал-губернаторов Западной Сибири, положившим начало к занятию нами Заилийского края и сообщившим правительству и ученому миру первые сведения об этой отдельной окраине нашего отечества. В 1853 г. Е. П. Ковалевский был командирован в Молдавию и Валахию, а в 1856 году получил назначение на важный и ответственный пост директора Азиатского департамента. Мысль о посылке нашего агента в Кашгар и о необходимости образовать именно в Ташкенте военно-административный центр для управления Туркестанским краем принадлежит также Е. П. Ковалевскому.

Егор Петрович принял меня, как уже знакомого ему, весьма радушно и очень много и подробно расспрашивал о китайской границе и о происходивших переговорах с китайцами в Чугучаке. Все его замечания и указания по китайским делам отличались верностью взгляда и были приняты мною с чувством глубокой признательности. Затем наша беседа оживилась воспоминаниями прошедшего и коснулась, между прочим, посылки нашего агента в Кашгар, для чего был избран Г. X. Гасфордом молодой офицер из киргиз Чокан Валиханов.

Здесь я должен сделать небольшой перерыв и сказать несколько слов о командировании Валиханова в Кашгар.

ДальшеCollapse )
_________________________
См. также:

Рассказы и очерки Е. П. Ковалевского:
Зюльма, или женщина на Востоке. (Ташкент);
Туркменец Рахман-Аяз;
Военная экспедиция по закраинам льда, у восточных берегов Каспийского моря;
Английские офицеры в Средней Азии;
Поездка в Кульджу.

Очерки Ч. Ч. Валиханова:
Кашгарские сердцепохитительницы (отрывки из нескольких работ);
Очерки Джунгарии (отрывок);
Дневник поездки на Иссык-Куль (отрывок);
О мусульманстве в Степи.

Летние поездки натуралиста: В Северной Персии (2/3)
Врщ1
rus_turk
А. М. Никольский, доктор зоологии. Летние поездки натуралиста. — СПб., 1900.

Часть 1. Часть 2. Часть 3.

Долина в Хорасанских горах. Вышка, куда складывается сжатый хлеб для защиты от кабанов


По мере того, как наши лошади карабкались вверх, становилось прохладнее, лес редел и мельчал. В окрестностях Алястана, за исключением грецкого ореха, шатром раскинувшегося над нашей палаткой, крупных деревьев не было. Румяные лица жителей аула указывали на то, что здесь уже кончилось царство лихорадки, и, действительно, я скоро перестал стучать по ночам зубами, и только руки мои по-прежнему бессильно висели как плети, благодаря чему фазаны, выскакивавшие из-под моих ног не дождавшись выстрела, благополучно улетали в кусты. Эти благородные, но глупые птицы отчасти были обязаны своим спасением… чему бы вы думали?.. Мусульманскому посту, уразе, в течение которого правоверные не едят целый день, до наступления ночи. Правоверные заставили справлять свой пост и меня, православного. Если не считать двух-трех горшков молока за неделю, единственной провизией, которую мне удавалось доставать в Алястане, были чуреки. Так называются тонкие, как холст, длиной по крайней мере в аршин, пресные лепешки, столько же пригодные для еды, как и для употребления вместо салфетки. Вот из этих-то салфеток, и только из них одних, мне и приходилось набираться силы, отобранной у меня персидской лихорадкой. Очевидно, это было возможно не в очень короткий срок, чем и пользовались фазаны. Мне оставалось обратить свое внимание на птиц, которых можно было стрелять не спеша, в то время, когда они сидят на ветке. Но увы!.. это были щеглы, зяблики, трясогузки и другие птицы не больше воробья, чаще же синицы. На охоту за этой лилипутской дичью я отправлялся куда-нибудь подальше от аула. Чтобы не ронять в глазах персиян престижа русской нации, я жарил и съедал свою крошечную добычу там же, в лесу, закусывая чуреками и дикой алычой.

Читать дальшеCollapse )

У Алатавского хребта (1/3)
TurkOff
rus_turk
А. К. Гейнс. Дневник 1865 года. Путешествие по Киргизским степям // Собрание литературных трудов А. К. Гейнса. Том I. — СПб., 1897.

Часть 2. Часть 3.



ЧитатьCollapse ) По мере приближения к Или местность становится более и более песчаною и солонцоватою. Пески идут вперемежку с солонцами. Езда по ним скучна и утомительна. За несколько сот сажен от реки почва густо заросла розовою акацией и джигдою… Гутковский говорил мне, что здесь еще в 1851 году он видел целые леса урюков, яблочных деревьев и проч.; все это теперь срублено казаками. Это настоящие вандалы, и с более вандальскими ухватками, чем киргизы. Последние никогда не рубят леса, вероятно, наученные горьким опытом, что значит безлесная степь. Казаков же угрозы в будущем не пугают. Хватило бы на наш век, а дети пусть делают как знают. ДальшеCollapse )

5-го ноября. При въезде в укрепление Верное можно видеть оставшийся целым огромный развесистый тополь по самой середине укрепления. Это дерево уцелело благодаря воспоминаниям лиц, бывших в экспедиции 1850 года. Мне Гутковский, командир экспедиционного отряда, рассказывал так это дело. Бывший пристав Большой орды, Врангель, доносил много раз генерал-губернатору Западной Сибири, Горчакову, о необходимости двинуться за реку Или. ДальшеCollapse )

Кстати, о станицах, через которые мы проезжали — Верное, Софьина и Надеждина. Талгарская станица называется так у всех русских и инородцев, но официально ее величают Софьина станица. Иссыкская называется Надеждина, как Верное — название совершенно неупотребительное — заменило первоначальное название станицы Алматинской. Гасфордт, перекрестивший таким образом русские поселения, был женат на трех женах. Их имена: Вера, Любовь и Надежда. Он хотел их обессмертить, назвать их именами три большие поселения русских у Алатау. ДальшеCollapse )


Очерки Заилийского края и Причуйской страны (2/3)
Врщ1
rus_turk
М. И. Венюков. Очерки Заилийского края и Причуйской страны // Записки Императорского Русского географического общества. 1861, кн. 4.

Часть 1. Часть 2. Часть 3.

Дикокаменной орды манап Байназар Турумтаев.
Рис. А. Померанцева. 1851



V. Переход чрез Алатау. Чу. Неудачная стычка

ЧитатьCollapse )

VI. Географические подробности о Чу и ее долине

ЧитатьCollapse )

VII. Несколько слов о землях по ту сторону Чу

ЧитатьCollapse )

Писанка
TurkOff
rus_turk
Н. Н. Каразин. Писанка.

Николай Каразин. Город Казалинск. Вид с противополжного
берега Сырдарьи. Казенные верфи и пристань. 1874



В эту весну Дарья вскрылась рано, да как-то совсем неожиданно.

Еще вчера лед был надежен. Большой караван легко переправился на эту сторону, только у самого берега один верблюд чуть было не провалился. Тарантас морозовского приказчика из Петроалександровска тоже благополучно перебрался; лед был толстый, крепкой спайки, надежный, а к ночи потянуло теплом, пошел ливень, — в полночь треснуло и зашипело по реке, а стало светать — уже вся Дарья тронулась, а с левого берега, сажен на десять, полоса чистой воды забурлила, подмывая глинистые скаты.

Бойко тронулся лед, ни прохода — ни проезда. Так и прут льдина на льдину, треск и грохот стоят в воздухе, людские голоса заглушают…

Время настало свободное, праздничное, и много казалинских жителей собралось на реку любоваться грозною картиною ледохода. Отстояли заутреню и обедню, разговелись, перехристосовались, отдохнули малость, ну и нечего больше делать, как только гулять.

Собрались на берегу и простой казалинский народ, и военные, господа даже, — из начальства и зажиточного купечества, с своими семействами, — кто пешком, кто в экипажах, кто верхом, по местному обычаю… и все теперь внимательно на ту сторону всматриваются, — и простыми глазами, и в бинокли.

Очень занимает всех этот тарантас, что стоит у самой воды, отрезанный бушующей рекою от города и всего жилого-уютного.

Читать дальшеCollapse )

От Оренбурга до Ташкента (1/2)
TurkOff
rus_turk
Н. Н. Каразин. От Оренбурга до Ташкента. Путевой очерк. — СПб., 1886.

ОКОНЧАНИЕ


Глава I

Резкий свисток локомотива… Звонок… Суетня в вагонах; торопливый, почему-то всегда тревожный, разбор мешков, плэдов, зонтиков и т. п… Станция Оренбург! Ну, слава Богу, доехали!..

Неуклюжий, широкоплечий татарин-атлет с нумерной бляхой на груди чуть не выхватывает у вас из рук багажный билет, нагружается вашими чемоданами и влечет вас самих к выходу.

— Куда барын нанымать?… В Еропийскую?..

— Ну конечно!

Европейская гостиница — лучшая в городе; она действительно очень удовлетворительна, не из худших была бы и в любой столице; там преимущественно собираются путешественники, едущие в степь и по Сибирско-Троицкому тракту; там контора для всевозможных справок; там, одним словом, вы устроитесь окончательно сообразно вашему дальнейшему намерению.

Только от Оренбурга начинается ваше настоящее путешествие. До сих пор вы не путешествовали. Что за путешествие в вагоне, по не зависящему от воли вашей маршруту! Вас просто везут так же точно, как и ваш чемодан в багажном вагоне; так же, как и ваш чемодан, вы снабжены билетом, нумером, и этот билет есть именно главное лицо, а не вы; вы сами без билета — нуль. Вас взялись за известную плату доставить до такого-то пункта в данный срок и доставляют. Вы обезличены, заперты и влекомы со всеми признаками насильственности. От Оренбурга — другое дело! ДальшеCollapse )


Путешествие профессора Гебеля в степи Южной России (2/2)
Meyer
rus_turk
Ф. Гёбель. Обзор путешествия профессора Гебеля в степи Южной России в 1834 году // Журнал Министерства народного просвещения, 1835, № 6.

НАЧАЛО

Джангир, хан Внутренней Киргизской орды (1823—1845)


На расстоянии сорока верст от Елтонского озера к востоку, начинается область хана, и я немало был удивлен торжественным приветствием, которым на границе сих владений встретили меня его посланные. Сюда были отправлены: султан, старшина и секретарь хана, также его лейб-кучер, несколько простых киргизов и двадцать лошадей для моего приема и для сопровождения меня до жилища ханского. Вместе с тем принесена была мне в дар откормленная овца.

Лошади были скоро перепряжены, и диким бегом понеслись непривычные к упряжи животные, управляемые ударами плети ехавших подле верхом киргизов. Наши экипажи катились по степи, покрытой цветущими тюльпанами. Вечером, в 9 часов, прибыли мы к жилищу хана — деревянному дворцу, выстроенному со вкусом. Он был блистательно освещен; у дверей стояли слуги для моего приема; зять хана приветствовал меня и ввел в меблированные на европейский манер покои. Подали чай, кумыс и айран (кислое коровье молоко); после того вареные в сахаре плоды, и наконец в европейским вкусе приготовленный ужин, при чем, однако же, не обошлось без восточного пиллава и окорока конины.

На следующее утро имел я аудиенцию, при чем Его Высокостепенство (титул хана) принял меня с дружеским пожатием руки у дверей залы для аудиенций, коей пол был устлан персидскими коврами. Он подвел меня к софе, на которой и сел подле меня.

Читать дальшеCollapse )

По Фергане. 3. Новый и Старый Маргелан
Врщ1
rus_turk
Е. Л. Марков. Россия в Средней Азии: Очерки путешествия по Закавказью, Туркмении, Бухаре, Самаркандской, Ташкентской и Ферганской областям, Каспийскому морю и Волге. — СПб., 1901.

Другие отрывки: [Путешествие из Баку в Асхабад]; [Попутчица]; [Текинский Севастополь]; [В русском Асхабаде]; [Из Асхабада в Мерв]; [Мерв: на базарах и в крепости]; [«Железная цепь»]; [Мост через Амударью]; [Пестрые халаты Бухары]; [Самарканд: русский город и цитадель]; [Тамерлановы Ворота, Джизак, Голодная степь]; [Сардобы Голодной степи, Чиназ]; [Покоритель Туркестана]; [Визит к Мухиддин-ходже]; [Долинами Чирчика и Ангрена. Селение Пскент], [Приближаясь к Ходженту. Мурза-Рабат], [Ходжент], [От Костакоза до Кокана], [Кокан, столица ханства], [Новый и Старый Маргелан], [Андижан. Недавнее прошлое Кокандского ханства], [Ош и его обитатели], [Тахт-и-Сулейман], [Подъем на Малый Алай], [У Курманджан-датхи], [Укрепление Гульча], [Киргизские женщины. Родовой быт киргиза], [Бесконечный сад].

ЧитатьCollapse ) кроме бесконечных рядов тополей, в Маргелане и бесконечные ряды казарм, лагерей, батарей. Тут стоят две артиллерийские батареи, из которых одна горная, конная, особенно потребная в подобных местностях, три линейных батальона по 4 роты каждый, один казачий полк, — целый внушительный отряд, способный держать в почтении и страхе не совсем смирившийся дух разных дикокаменных киргизов, кипчаков и других воинственных племен Кокана, так недавно еще боровшихся с нами с оружием в руках. Немудрено, что теперь все здесь тихо и спокойно. А выведите завтра войско, и все перевернется кверху ногами. Впрочем, здешние сарты и в мирном положении доезжают нас. Осмотревшись повнимательнее после первого страха, нагнанного на них скобелевским разгромом, они убедились, что русская власть не на словах только, а на деле применяет ко всем русским подданным одну мерку закона, что русский суд одинаково доступен, одинаково беспристрастен к сарту и киргизу, как и к русскому. И вот охрабрились до наглости, постигли живо всякую судебную кляузу, всякие ловкие гешефты с векселями, контрактами, залогами, стали брать подряды и поставки на войско, научились понимать и говорить по-русски все, что им нужно говорить и понимать, и, как жиды в Белоруссии, сцепившись друг с другом в неразрывный кагал, завладели мало-помалу всею торговлею и промышленностью края, отбили у русских решительно все выгодные дела. В русском Маргелане — бо́льшая часть домов их, магазины, склады — их. ДальшеCollapse )


Город Скобелев (с 1876 по 1910 г. — Новый Маргелан,
с 1924 г. — Фергана). Памятник М. Д. Скобелеву


Чтобы убить в глазах туземцев прежнее господствующее значение Кокана и лишить его опасного исторического престижа, главенство покоренного ханства перенесено было на новосозданный Маргелан, подобно тому, как и при завоевании Крыма Екатериною старый Бахчисарай, резиденция Гиреев, — был разжалован в заштатный город и должен был отдать свое былое первенство ничтожной Ак-Мечети, пожалованной в губернский город и переименованной Симферополем. По той же причине уничтожено было самое имя Кокандского ханства, которому было придано древнее арабское название его — Ферганы, Ферганской области. Дальше. +50 фотоCollapse )


По Фергане. 2. Кокан, столица ханства
Врщ1
rus_turk
Е. Л. Марков. Россия в Средней Азии: Очерки путешествия по Закавказью, Туркмении, Бухаре, Самаркандской, Ташкентской и Ферганской областям, Каспийскому морю и Волге. — СПб., 1901.

Другие отрывки: [Путешествие из Баку в Асхабад]; [Попутчица]; [Текинский Севастополь]; [В русском Асхабаде]; [Из Асхабада в Мерв]; [Мерв: на базарах и в крепости]; [«Железная цепь»]; [Мост через Амударью]; [Пестрые халаты Бухары]; [Самарканд: русский город и цитадель]; [Тамерлановы Ворота, Джизак, Голодная степь]; [Сардобы Голодной степи, Чиназ]; [Покоритель Туркестана]; [Визит к Мухиддин-ходже]; [Долинами Чирчика и Ангрена. Селение Пскент], [Приближаясь к Ходженту. Мурза-Рабат], [Ходжент], [От Костакоза до Кокана], [Кокан, столица ханства], [Новый и Старый Маргелан], [Андижан. Недавнее прошлое Кокандского ханства], [Ош и его обитатели], [Тахт-и-Сулейман], [Подъем на Малый Алай], [У Курманджан-датхи], [Укрепление Гульча], [Киргизские женщины. Родовой быт киргиза], [Бесконечный сад].

Тенистыми шумными улицами подгородних кишлаков мы незаметно въехали в Кокан и по широкому Розенбаховскому проспекту, обсаженному сначала молодыми, потом громадными маститыми тополями, — мимо русских домов очень порядочной архитектуры, мимо разных обычных учреждений русского города, аптек, магазинов, складов, — направились на площадь перед ханскою урдою, где с неподобающею ей торжественностью в гордом уединении стоит почтовая станция. Русские солдатики, русские ямщики, русские извозчики с крытыми пролетками — отрадно подействовали на наши нервы, несколько утомленные сплошною азиатчиною. Не без удовольствия поели мы наконец и горячего русского супа с курицей после нескольких дней походных закусок.




В Кокане, собственно говоря, только и есть интересного, что бывшая «ханская урда», теперь обращенная в центр русской власти. ДальшеCollapse )



Кокандцы праздновали свой праздник байрам, наступающий после поста их, или уразы. Ураза кончается и байрам начинается не в какое-нибудь строго определенное время: необходимо для этого, чтобы кто-нибудь увидел новую луну. Луну эту разыскивают, однако, не наверху, а внизу. Благочестивые люди просиживают целые часы над каким-нибудь священным прудком около старой мечети, поджидая, когда появится в нем отражение первого, чуть приметного еще серпа луны. С этого момента пост прекращается, и настают радости праздника. Счастливец, который первый узрит почитаемое исламом светило, получает за радостную весть («сеунчу», как здесь говорят) халат в подарок. Не все города бывают в этом отношении одинаково счастливы. В Кокане, напр., увидали в первый раз луну и начали праздновать байрам в пятницу, а в соседнем Маргелане, куда мы потом приехали, в пятницу еще продолжалась ураза, а праздник начался только в субботу, когда приезжие из Кокана сообщили желанную весть об открытии новой луны и о прекращении там уразы. Дальше. +59 фотоCollapse )


Джордж Кеннан в Юго-Западной Сибири. 4. По Алтайским горам
Kenn
rus_turk
Джордж Кеннан. Сибирь и ссылка. Том I. — СПб., 1906.

Другие части: [Первые впечатления езды на почтовых]; [Омск и Семипалатинск]; [Встреча с политическими]; [По Алтайским горам]; [Катунские Альпы и Усть-Каменогорск].

Капитан Маевский (?) с женой в компании киргизов (казахов). Окрестности Алтайской станицы. Фото Дж. Кеннана и Дж. Фроста, 1885


По Алтайским горам

В субботу 18-го июля, осмотрев городскую тюрьму, добыв кое-какие сведения о здешних порядках, мы запаслись новой подорожной и на тройке почтовых выехали из Семипалатинска к Алтайским горам. Дикая альпийская область, которую нам предстояло исследовать, тянется вдоль границы Монголии верст на 350 к востоку от Семипалатинска и на 600 приблизительно к югу от Томска. Немецкие путешественники Финш и Брем в 1876 году дошли до конца ее, но высоких снежных вершин Катунских и Чуйских Альп на востоке от станции Алтай [Алтайской станицы. — rus_turk.] не видал никто из чужестранцев, да и из русских там бывали очень немногие. ДальшеCollapse )

Станция Алтай, или Котон-Карагай, как ее зовут киргизы, находится на высоте почти 3.500 футов в верхней части плодородной горной долины, известной под именем долины Бухтарма. Деревня расположена на небольшом плоском плато в 3—4 версты в поперечнике, обрамленном с севера грядою покрытых цветами холмов, а с юга — лесистым оврагом, через который течет небольшой приток Бухтармы. Главная улица деревушки идет параллельно оврагу, а на противоположном берегу оврага круто вздымаются кверху 3—4 величавых пика, крутые склоны которых до высоты 2—3 тысяч фут одеты лесом лиственниц, а выше — не тающим даже и летом покровом снегов. Даже деревня, простой казачий поселок из 7—8 изб, где расположен казачий пикет, с широкими чистыми улицами, с хорошенькой деревянной церковью, — даже эта деревушка радует глаз путешественника после бесплодных, знойных долин Иртыша. Дальше. +15 иллюстрацийCollapse )


Воспоминания князя Васильчикова о ревизионной поездке в Туркестан (2/6)
Georg
rus_turk
И. С. Васильчиков. То, что мне вспомнилось… Воспоминания князя Иллариона Сергеевича Васильчикова. — М., 2002.

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6.

Великий князь Николай Константинович с женой
Надеждой Александровной в Ташкенте


ЧитатьCollapse ) Город Ташкент, как и все сколько-нибудь значительные города в Туркестане, состоял, собственно, из двух городов: русского и туземного, так как русские по замирению края оставили туземные города в неприкосновенности, в них селились и строили свои города рядом с ними. То же делали и англичане в Индии. Русский Ташкент производил самое приятное впечатление. Все широкие улицы обсажены деревьями, вдоль этих деревьев текут оросительные арыки, вообще, масса зелени. Дома в редком случае двухэтажные, а большей частью одноэтажные. На главных улицах хорошие магазины, несколько небольших, но вполне приличных гостиниц и ресторанов. Его можно было бы принять за красивый южный русский губернский город, если бы не встречающиеся на улицах туземцы в пестрых халатах и их женщины в одноцветных, преимущественно черных, одеяниях, напоминающих чехлы, и совершенно их закрывающих, причем не видно даже глаз, прикрытых густой сеткой из конского волоса.

Совершенно другой характер носил непосредственно к нему примыкающий большой туземный город с населением свыше ста тысяч человек. ДальшеCollapse )

В эти же дни я решил исполнить поручение моего отца — передать от него привет старому его эскадронному командиру Конногвардейского полка, великому князю Николаю Константиновичу, старшему сыну великого князя Константина Николаевича, жившему уже много лет в Ташкенте в опале. Этот великий князь еще в молодые годы стал проявлять странности, граничащие с явной ненормальностью, которые наконец выразились в много тогда нашумевшей истории, и в результате он был сослан на жительство сперва в Оренбург, затем в Ташкент. Вместе с нами приехал тогда в Ташкент профессор психиатрии Военной медицинской академии Розенбах, который от времени до времени великого князя посещал и контролировал его. ДальшеCollapse )


О мирах Вахана
Врщ1
rus_turk
А. А. Бобринский. Горцы верховьев Пянджа (ваханцы и ишкашимцы). Очерки быта по путевым заметкам гр. А. А. Бобринского. — М., 1908.

Река Пяндж, Гиндукуш и замок Калай-Пяндж в Вахане. Фото П. Павлова

Миры Вахана всегда считали себя вассалами миров Бадакшана. Обыкновенно в год раз ездили на поклон к нему, не с пустыми руками, а непременно с подарками. Возили они чекмени ваханского производства, водили лошадей своих и бадакшанских, быков, людей, мужчин и женщин, мальчиков, девочек своих, а также и покупных из Читрала и Канджута. Помимо подарков, которые возил лично мир, посылались подарки вне очереди, по первому требованию мира бадакшанского. Бывали случаи, что вдруг невзначай мир ваханский получал письмо из Бадакшана с просьбой выслать людей, мужчин или женщин. ДальшеCollapse )


Из Стамбула в Ташкент: Фотопленки Поля Надара (1890). Часть 3. Баку
Georg
rus_turk
Часть 1. Стамбул, Босфор, Трабзон.
Часть 2. Батум и Тифлис.
Часть 3. Баку.
Часть 4. Пароход Баку — Узун-Ада.
Часть 5. Узун-Ада, Асхабад, Мерв.
Часть 6. Развалины Старого Мерва.
Часть 7. По туркменским пескам.
Часть 8. Чарджуй и Амударья.
Часть 9. Фараб и Каракуль.
Часть 10. Козлодрание.
Часть 11. Бухарское войско.
Часть 12. Бухара.
Часть 13. На «огненной арбе».
Часть 14. Самарканд.
Часть 15. Самаркандские древности.
Часть 16. На тарантасе.
Часть 17. Ташкент. Туркестанская выставка.
Часть 18. Ташкент. Туземный город.
Часть 19. Люди Туркестана.
Часть 20. Джигитовка и охота.
Часть 21. Всякая всячина.


1. Баку. Думская площадь, Шемахинские ворота и Николаевский собор

+ 27 фотографийCollapse )

Чабан
Врщ1
rus_turk
Я. Я. Полферов. Чабан (набросок) // Сибирские вопросы, 1912, № 3–4.

Д. П. Багаев. Чабан


Старый чабан Апанас, опершись высохшими, пожелтевшими ладонями на длинный вишневый чекмарь, пристально всматривался в далекий горизонт, где причудливым узором играло струйчатое марево. Степь на тысячи верст расстилалась безмолвной далью. Окутанные дымкой, миражи расплывчатыми очертаниями обрисовывались среди белесоватых солонцов. Тишь от распластавшегося в выси облака темным пятном расстилалась по долине.

Отара сбилась в кучу, пряча головы от зноя и мух. Кругом лежали овчарки, сторожко поводя лохматыми ушами. Комочком свернувшись, спал подпасок Томаш, подставляя свое юное, совершенно бронзовое лицо жгучим лучам полуденного солнца.

— Ох, и благодать Господня!.. Степу-то этой самой сколько… Чай верстов на тыщу, а хиба и с гаком…

Читать дальшеCollapse )



Материалы о Центральной Азии, где упоминаются украинские переселенцы: +++Collapse )

Долинами Чирчика и Ангрена. Селение Пскент
Врщ1
rus_turk
Е. Л. Марков. Россия в Средней Азии: Очерки путешествия по Закавказью, Туркмении, Бухаре, Самаркандской, Ташкентской и Ферганской областям, Каспийскому морю и Волге. — СПб., 1901.

Другие отрывки: [Путешествие из Баку в Асхабад], [Попутчица], [Текинский Севастополь], [В русском Асхабаде], [Из Асхабада в Мерв], [Мерв: на базарах и в крепости], [«Железная цепь»], [Мост через Амударью], [Пестрые халаты Бухары], [Самарканд: русский город и цитадель], [Тамерлановы Ворота, Джизак, Голодная степь], [Сардобы Голодной степи, Чиназ], [Покоритель Туркестана], [Визит к Мухиддин-ходже], [Долинами Чирчика и Ангрена. Селение Пскент], [Приближаясь к Ходженту. Мурза-Рабат], [Ходжент], [От Костакоза до Кокана], [Кокан, столица ханства], [Новый и Старый Маргелан], [Андижан. Недавнее прошлое Кокандского ханства], [Ош и его обитатели], [Тахт-и-Сулейман], [Подъем на Малый Алай], [У Курманджан-датхи], [Укрепление Гульча], [Киргизские женщины. Родовой быт киргиза], [Бесконечный сад].

ЧитатьCollapse ) Пскент расположен на маленькой возвышенности, которая островом своего рода разделяет надвое широкую низину Ахангрена. Тут много лавок, русские дома, русское училище; тут живет пристав и разное другое начальство; словом, это в некотором смысле административный центр округа. При кокандцах Пскент был настоящим городом, и, вероятно, даже городом очень древним. На это указывает самое имя его. Старинные города Туркестана обыкновенно носят это имя кента или кенда, то есть «города»: Таш-кент, Яр-кенд, Самар-кенд, Чим-кент, Ходж-кент и тому подобные.



Пскент. Фото из «Туркестанского альбома» (1871—1872)

Положение Пскента среди плодородной Ангренской равнины делает его естественным ключом для всей местной системы орошения, стало быть, своего рода хозяином местности. Базары его всегда очень оживленны. Но сегодня пятница, обычный еженедельный праздник мусульман, заменяющий им наше воскресенье, а кроме того, ураза. Поэтому нынешний базар обратился в настоящую ярмарку. Пестрота одежд невообразимая, истинно восточная. Ярко-полосатые халаты, красно-желтые, сине-зеленые, черно-белые, голубые и всякие иные халаты в огромных букетах, халаты, разведенные затейливыми узорами, — кишат на каждом шагу. Тут и киргизы, и сарты, но еще больше курама, особое несколько загадочное племя, по-видимому, помесь между сартами, таджиком и киргизом. Курама, собственно говоря, и значит — «помесь», «сброд». Курама главным образом населяет окрестности Ходжента и отчасти Ташкента, то есть те именно порубежные места между Коканом и Бухарою, между киргизами и сартами, где чаще всего происходило незаметное смешение рас.

Население какой-нибудь Курской и Воронежской губернии, не великорусское и не хохлацкое, а какое-то особое украинское, зародившееся точно так же на старом историческом рубеже между Москвою и Малороссиею, между Польшей и Русью, между вольною казацкою степью и царскими городами, — дает некоторое понятие о туркестанской кураме.

Дальше. +14 иллюстрацийCollapse )

Путешествующие киргизы / Киргизомания
Val
rus_turk

Типы киргиз-кайсаков, подвластных России. С фотогр. А. И. Шпаковского. Русский художественный листок, 1861, № 21


П. И. Небольсин. Путешествующие киргизы // Русский вестник, т. 29, 1860.

Августа 24-го оставило Петербург общество путешествующих по России киргизов. Всего их было человек пятнадцать. В Москве намеревались они провести пять суток и оттуда располагали пуститься в обратный путь, к себе по домам. ДальшеCollapse )



И. И. Железнов. Киргизомания // Русский вестник, т. 30, 1860.

Старинный наш знакомый (не по личным сношениям, а по литературе), г. Павел Небольсин, недавно выступил (в Русском вестнике, № 17, в статье Путешествующие киргизы), с теплым и задушевным словом о киргизах. В коротенькой статейке он наговорил кучу любезностей нашим степнякам, посещавшим в прошлом августе Петербург. Дело похвальное. ДальшеCollapse )